Синагога Санта-Мария-ла-Бланка

Белые стены Санта Мария ла Бланка не объясняют её имя: оно осталось от статуи Богоматери, когда то стоявшей внутри. Пять нефов держатся на восьмигранных опорах, а между ними тянутся подковообразные арки — устройство старого синагогального зала пережило утварь и перемены назначения. Теперь здесь нет ни свитков и мест для молящихся, ни статуи, давшей зданию имя; зал сохраняют как исторический памятник.

Двадцатого июня тысяча триста девяносто первого года в Толедо начался погром. Эта постройка служила тогда главной синагогой еврейской общины: здесь молились, читали и изучали Тору. Общину лишили здания, а позже христиане превратили молитвенный зал в церковь.

Толедская расправа была частью насилия, охватившего Кастилию. Ферран Мартинес, архидиакон Эсихи — церковный судья из-под Севильи, — годами добивался разрушения синагог и крещения евреев. Король Хуан Первый требовал прекратить эти проповеди. После смерти короля и севильского архиепископа, который тоже сдерживал Мартинеса, тот усилил кампанию. Шестого июня толпа разгромила еврейский квартал Севильи; через две недели погром дошёл до Толедо.

Еврейская элегия о толедской катастрофе сообщает о десяти осквернённых или разрушенных синагогах и пяти домах учения. Одни жители были убиты, другие бежали, многие приняли крещение, спасая жизнь. Когда опасность миновала, вернуться к прежней вере открыто они уже не могли: церковь считала крещение необратимым. В городских документах вскоре появилась формула «там, где прежде был еврейский квартал».

Здесь последствия погрома закрепили в самом устройстве зала. Христианское духовенство убрало возвышение, с которого читали Тору, ковчег для свитков и места молящихся. Точный год освящения спорен: источники называют первые годы пятнадцатого века и тысяча четыреста одиннадцатый год. Позднее предание приписало захват синагоги Висенте Ферреру, доминиканскому проповеднику, добивавшемуся обращения евреев. В этой версии он приходит сюда с вооружённой толпой. Надёжных свидетельств такой сцены нет; даже Толедская архиепископия подчёркивает, что Феррер не отнимал здание у общины.

При освящении новой церкви христиане поместили внутри статую Богоматери — копию Белой Девы из хора Толедского собора. По этой фигуре церковь получила имя Санта-Мария-ла-Бланка. Статуя оставалась здесь до превращения здания в казарму, а затем исчезла.

Сейчас посетители входят сюда как в исторический памятник. Синагогальной утвари нет, христианской статуи тоже нет. Сохранились пять нефов, восьмигранные опоры и ряды подковообразных арок. Белизна стен совпадает с названием случайно: христиане назвали церковь по утраченной фигуре, а устройство зала сохранила синагога, в которой еврейская община перестала молиться после погрома тысяча триста девяносто первого года.