Художественная галерея Нового Южного Уэльса

Шесть ионических колонн под фронтоном отмечают вход в старое здание Художественной галереи Нового Южного Уэльса. До него на этом участке Домейна стоял временный корпус из шести комнат: сюда перевезли городскую художественную коллекцию после пожара, уничтожившего прежний выставочный дворец. Новое здание возвели из песчаника по частям; первые помещения соединены арками на парных колоннах, за ними появились длинная картинная галерея и два купольных зала для скульптуры. Строительство шло больше десяти лет, и фасад завершили уже после первых выставок в этих стенах.

За классическим портиком попечители галереи каждый год выбирают лучший живописный портрет на премию Арчибальда. Её учредил своим завещанием Джулс Франсуа Арчибальд, редактор сиднейского журнала «Бюллетень»: он оставил деньги на ежегодное награждение художника, написавшего человека, отличившегося в искусстве, литературе, науке или политике.

В январе тысяча девятьсот сорок четвёртого года здесь выбирали победителя за предыдущий год. Уильям Добелл хотел получить пятьсот фунтов и признание как портретист. Во время войны он зарабатывал в маскировочном подразделении, а затем числился разнорабочим в Корпусе гражданского строительства. Там он подружился с художником Джошуа Смитом, который занимался мобильной маскировкой ангаров и складов.

Оба пришли сюда как участники одного конкурса. Добелл представил портрет Смита. Сам Смит рассчитывал на ту же премию со своим портретом поэтессы Мэри Гилмор. Попечители галереи, носившей тогда имя Национальной художественной галереи Нового Южного Уэльса, выбрали работу Добелла. Смит проиграл картине, на которой был изображён сам.

Добелл назвал полотно «Портрет художника», но в выставочный каталог его внесли как «Господин Джошуа Смит». Художник удлинил руки и шею модели, показал узкое лицо и сцепленные кисти. Родители Смита наутро просили убрать портрет с выставки, а сам Смит перестал разговаривать с Добеллом.

Решение попечителей разделило публику. Дирекция продлила часы работы и саму выставку; к марту портрет увидели больше ста сорока тысяч человек. Двое художников, не получивших премии, Мэри Эдвелл-Бёрк и Джозеф Волински, добились судебного разбирательства. Они хотели отменить награду: по их мнению, Добелл написал карикатуру, а завещание Арчибальда разрешало награждать только портрет.

В суд приглашали художников, директоров галерей, критиков и даже врачей. Они разбирали лицо и телосложение Смита как доказательства. Добелл признал, что немного усилил отдельные черты, но объяснил: у его друга действительно были длинные руки, он часто сцеплял кисти и именно так садился, когда хотел настоять на своём.

Судья Эдвард Роупер решил, что сходства достаточно: преувеличение не превращает изображение в карикатуру. Награду оставили Добеллу, последующая попытка обжаловать решение тоже провалилась.

Победа дорого обошлась обоим друзьям. После потока оскорбительных писем у Добелла начались тяжёлый дерматит и нервный срыв. Он перестал писать и уехал к сестре в Ванги-Ванги; вернуться к работе смог лишь позднее. Смит уже на следующий год сам выиграл премию Арчибальда — с портретом парламентского спикера Сола Розвира. Их дружбу эта победа не восстановила.

Портрет Смита едва не погиб при пожаре тысяча девятьсот пятьдесят восьмого года, но его восстановили. По условиям премии победитель не обязан передавать картину галерее, поэтому она не стала постоянным экспонатом этих залов. В списке лауреатов остались две соседние записи: сначала Добелл с портретом Смита, затем Смит с портретом другого человека.