Торговая площадь

Торговая площадь сложилась в центре суздальского посада, где жили ремесленники и купцы. В восемнадцатом веке деревянный Гостиный двор вмещал сто тридцать восемь лавок. Когда его решили заменить каменными рядами, расходы возложили на владельцев лавок, и обсуждать стройку пришлось всей торговой общине.

Седьмого ноября тысяча семьсот девяностого года суздальских торговцев собрали в городской думе и потребовали подписаться на строительство каменных лавок. Пётр Жинкин, купец, которому вместе с остальными предлагали оплатить новую лавку, записал рядом со своим именем: «Исполнение слышал, а строить не желает».

Торг к тому времени давно занимал эту площадь. Купцы продавали товары в деревянном гостином дворе — так называли единый комплекс лавок для местных и приезжих торговцев. После утверждения нового плана Суздаля городская дума должна была заменить его каменным зданием, но собственных денег у неё не было. Расходы переложили на тех, кто жил с торговли.

Согласились двадцать пять человек. Остальные не подписались. Через несколько лет купцы и торгующие мещане заявили уже сообща, что «по малоимуществу» каменных лавок построить не могут. Городничий Хметевский — начальник городской администрации и полиции, добивавшийся исполнения плана, — пригрозил снести их старые деревянные лавки. Отсрочку дал пожар в Казани: после него строительство новых гостиных дворов по всей стране временно запретили.

Когда запрет отменили, суздальцы тянули ещё несколько лет. В тысяча восемьсот пятом году владимирский губернатор Иван Долгоруков, намеренный расчистить улицы и площади по утверждённому плану, распорядился снести старые лавки, дома и сады, которые мешали новой Московской дороге и торговому центру. Через четыре дня семьдесят купцов и мещан подписали обязательство построить сто одну лавку.

Подпись оказалась только началом расходов. За пять лет торговцев больше десяти раз обязывали вносить деньги; обычно сбор составлял пятьдесят рублей с лавки. Они выбрали из своей среды людей, которые закупали известь, камень и кирпич и следили за строительством. Каждому заранее определили место: галантерею поставили в передней линии, рядом разместили железный и овощной товар, по бокам — хлеб и масло, со стороны Каменки — мясо и рыбу. Так одна площадь получила ряды с отдельными торговыми ячейками вместо скопления деревянных прилавков.

В сентябре тысяча восемьсот одиннадцатого года пожар уничтожил большую часть оставшихся деревянных лавок и кровлю почти готового каменного двора. Крышу восстановили до конца года, а в следующем году в новых помещениях началась торговля.

От того здания сохранилась северная часть галереи, считая от центральных ворот; разобранные позднее участки восстановили уже в двадцатом веке. За колоннами и сегодня идут отдельные магазины. Купцы, пятнадцать лет отказывавшиеся платить за каменные лавки, в конце концов оставили здесь именно лавки — выстроенные в один длинный ряд.