Мост Кавена и Фуллертон

Устье Сингапурской реки долго разделяло два рабочих берега, с правительственными учреждениями на северном и конторами торговых домов на южном. Связь между ними покупали у лодочников либо проходили за плату через турникет временной переправы. Постоянный железный пролёт собрали из деталей, привезённых из Глазго, а на строительстве работали индийские заключённые, чьи имена документы не сохранили. У железных ворот остались гербы, а южный конец выводит к Фуллертону, где крепость для защиты гавани сменилась Главным почтамтом.

На обоих концах моста сохранилось распоряжение начальника полиции: сюда нельзя выводить скот и лошадей, а гружёный экипаж не должен весить больше трёх английских центнеров — примерно ста пятидесяти двух килограммов. Взрослый бык уже нарушил бы этот предел. Таблички остались от развязки истории, в которой новый мост очень быстро оказался слишком слаб для города, запросившего его постройку.

До шестидесятых годов девятнадцатого века у самого устья Сингапурской реки не было постоянной переправы. На северном берегу находились правительственные учреждения, на южном — Коммерческая площадь, нынешняя Раффлз-плейс, с конторами торговых домов. Между служащими и купцами лежала река: приходилось платить лодочнику или идти по временному пешеходному мостику с турникетом и сбором за проход. Жалобы на эту переправу продолжались десятилетиями.

В тысяча восемьсот шестьдесят седьмом году колониальная администрация заказала железный мост. Его детали изготовила фирма из Глазго и перед отправкой нагрузила весом, вчетверо превышавшим вес самой конструкции. В Сингапуре секции собрали индийские заключённые. После монтажа по настилу несколько раз провели мадрасских сипаев — индийских солдат колониальной армии: их строй служил испытательной нагрузкой.

Для заключённых сборка была частью наказания. Британцы перевозили осуждённых из Индии в Сингапур и распределяли по разрядам: одни работали в кандалах, другие после испытательного срока попадали на общественные стройки, а самые доверенные могли получить билет на свободное проживание. Мост стал одной из последних больших работ этой системы. Перевозку новых заключённых прекратили, когда в тысяча восемьсот шестьдесят седьмом году Сингапур вывели из подчинения Британской Индии. Ещё шесть лет каторжные бригады продолжали работать; затем последних заключённых отправили в Индию и на Андаманские острова, а обладателям билетов высшего разряда разрешили остаться свободными людьми. Имена тех, кто собирал мост, в документах не сохранились.

Не сразу появилось и имя Кавена. Губернатор Гарри Сент-Джордж Орд, при котором заканчивали стройку, хотел назвать переправу Эдинбургской — в честь приезжавшего в колонию герцога Эдинбургского. Члены Законодательного совета убедили его выбрать имя предшественника, Уильяма Орфёра Кавена. Кавен управлял Стрейтс-Сетлментс — объединёнными британскими владениями Сингапуром, Пенангом и Малаккой — с тысяча восемьсот пятьдесят девятого по тысяча восемьсот шестьдесят седьмой год и оказался последним губернатором, назначенным через Британскую Индию. Герб Кавена закрепили над входами на мост; это была благодарность уходящему администратору, а не память о его работе на самой переправе.

По мосту пошли пешеходы, рикши, повозки и даже трамвай. Его построили так низко, что крупным лодкам во время прилива приходилось ждать, пока вода спадёт. К началу двадцатого века вырос и поток на настиле. В тысяча девятьсот десятом году рядом открыли более прочный мост Андерсона, тяжёлый транспорт перевели туда, а мост Кавена оставили пешеходам. Полицейские таблички с запретом для лошадей, скота и тяжёлых экипажей до сих пор стоят у железных ворот.

Южный конец моста выводит прямо к Фуллертону. Роберт Фуллертон был первым губернатором Стрейтс-Сетлментс, но нынешнее здание появилось почти через столетие после его службы. Его имя пришло сюда через исчезнувшее сооружение: у речного устья стоял форт Фуллертон, названный в честь губернатора и предназначенный для защиты гавани и торговых судов.

Купцы, чьи склады теснились вдоль реки, увидели в форте другую опасность. При нападении артиллерийская позиция могла превратить соседние склады в мишени. После их обращений колониальная администрация решила убрать укрепление. К тысяча восемьсот семьдесят третьему году форт снесли, а на его месте построили Главный почтамт — уже полезный торговцам: письма и документы больше не требовалось перевозить с другого берега.

Нынешнее здание открыл губернатор Хью Клиффорд в тысяча девятьсот двадцать восьмом году. Он назвал его Фуллертон-билдинг в память о снесённом форте и Роберте Фуллертоне. Внизу работал Главный почтамт; мешки с судов доставляли по подземному тоннелю от причала, минуя загруженную набережную. Теперь внутри гостиница. Почтового зала и форта здесь больше нет, но на речном мысу осталось их общее имя — Фуллертон.