Народная площадь

Открытая часть в центре города служит местом городских встреч и праздников. За проезжей частью начинается Народный парк, и один большой участок оказывается разделён на две разные части. У края площади сохранилась часовая башня бывшего клубного корпуса; сначала в нём работали библиотека и музей, теперь находится Музей истории Шанхая. Внизу сходятся линии метро, поэтому к праздникам здесь добавляется ежедневная пересадка.

В августе тысяча девятьсот сорок шестого года мэр Шанхая У Гочжэнь попытался вернуть сюда лошадей. На месте нынешней площади лежал ипподром частного Шанхайского скакового клуба. Заезды прекратились ещё весной тысяча девятьсот сорок пятого года, и огромный участок посреди тесного города пустовал. Шанхай переживал жилищный кризис, городская казна была истощена войной и инфляцией. Мэр рассчитывал разрешить скачки, обложить билеты и ставки высоким налогом, а на эти деньги постепенно выкупить землю для парка и большого места собраний.

Скаковой клуб согласился отдавать городу половину выручки от входных билетов, ставок и лотерей. Остаток позволял клубу сохранить ипподром и главное занятие, на котором он зарабатывал. Для горожан предложение звучало иначе: редкую свободную землю в центре собирались оплачивать деньгами тех же людей, проигрывавших на скачках.

Газета «Шэньбао» вынесла вопрос на голосование читателей. За четыре дня в редакцию пришли четыре тысячи четыреста шестьдесят три письма. Среди одной тысячи двухсот восьмидесяти четырёх заполненных бюллетеней лишь пятьдесят девять поддерживали возвращение скачек. Остальные требовали оставить ипподром без лошадей и передать участок городу. Депутаты предлагали устроить здесь парк, жильё, музей, стадион или ратушу. Общим было одно: прежний клуб не должен снова занять всю эту землю.

У Гочжэнь начал переговоры о выкупе, хотя открыто признал, что у города нет денег на такую покупку. Он предложил клубу участок за городской чертой. В ответ клуб потребовал новый ипподром прежнего размера, гарантию возобновления скачек и право самому назначать дни состязаний и правила ставок. К концу тысяча девятьсот сорок восьмого года цены росли так быстро, а повседневные нужды горожан стали настолько тяжёлыми, что переговоры прекратились. Скачки сюда уже не вернулись.

После смены режима новая городская администрация получила в наследство тот же нерешённый вопрос. Двадцать седьмого августа тысяча девятьсот пятьдесят первого года военная администрация Шанхая объявила землю ипподрома городским участком. Читатели газет предлагали названия: площадь Мира, площадь Демократии, площадь Освобождения, площадь Народной Победы. Специальная комиссия выбрала «Шанхайскую Народную площадь». Слово «Народная» указывало, кому теперь предназначалось бывшее поле частного клуба: городским жителям — для собраний, праздников и отдыха.

В сентябре рабочие, студенты и участники молодёжных организаций вышли сюда на общественные работы. За двадцать дней они проложили широкую парадную дорогу и подготовили площадку для массовых мероприятий. Южную часть ипподрома отвели под площадь, северную — под Народный парк. Бывший клубный корпус с часовой башней сначала открыли как библиотеку и музей; сейчас в нём находится Музей истории Шанхая.

Сам конный овал исчез. Его участок до сих пор разделён так, как решили в тысяча девятьсот пятьдесят первом году: парк лежит к северу, площадь — к югу, между ними проходит широкая улица. Вокруг разместились городские учреждения, Шанхайский музей и Большой театр, а под землёй пересекаются линии метро. Открытое поле, за которое спорили мэр, скаковой клуб, газетчики и тысячи читателей, осталось главным местом городских собраний и пересадок.