Музей доколумбового искусства

На фасаде написано: «Чилийский музей доколумбового искусства». «Чилийский» здесь означает страну, где создали музей, а не происхождение всех экспонатов. Внутри хранят предметы народов обеих Америк. Слово «доколумбовый» проводит условную границу по плаванию Христофора Колумба и последовавшему за ним европейскому завоеванию континента.

Основу собрания создал чилийский архитектор Серхио Ларраин Гарсия-Морено. В семидесятые годы двадцатого века он понял, что коллекция, которую он собирал десятилетиями, после его смерти может быть разделена. Ларраин предлагал передать её университетам и государственным учреждениям, пока его замысел не поддержал мэр Сантьяго Патрисио Мекис. Мэрия предоставила здание и взяла на себя расходы по его содержанию, а семья Ларраина учредила фонд для хранения, изучения и показа вещей.

Под музей отдали бывший дворец Королевской таможни. Его построили с тысяча восемьсот пятого по тысяча восемьсот седьмой год, затем здесь помещались Национальная библиотека и городские суды. В тысяча девятьсот шестьдесят восьмом году пожар уничтожил значительную часть помещений. После восстановления сюда перевезли коллекцию Ларраина, и в декабре тысяча девятьсот восемьдесят первого года музей принял первых посетителей.

Через четыре года его сотрудникам пришлось выяснить, что именно значит «сохранить» древнюю вещь. Третьего марта тысяча девятьсот восемьдесят пятого года землетрясение выбило музейные окна и повредило несколько экспонатов. Сильнее остальных пострадала полая керамическая фигура из мексиканского Веракруса высотой метр и десять сантиметров. Её обычно называют Шипе-Тотеком — изображением мезоамериканского божества обновления, хотя часть исследователей видит в ней другого бога. Фигура сорвалась с крепления и почти полностью разбилась.

В тот день в Сантьяго приехала британская археолог Маргот Райт. Она помогла сотрудникам закрепить уцелевшие предметы в разбитых витринах, а затем разработать правила действий при новых землетрясениях. Здание закрыли примерно на семь месяцев. С фигурой задача оказалась труднее: её могли отправить специалистам в Соединённые Штаты, но такая работа стоила слишком дорого. Местным реставраторам ещё предстояло доказать, что они справятся с одним из главных экспонатов музея.

Через четыре года восстановление поручили музейному реставратору Луису Солару. Вместе с Марией Сагредо и Марией Викторией Карвахаль он начал соединять фрагменты. Тогда выяснилось, что фигуру чинили ещё до землетрясения. Когда она попала к Ларраину, одной руки уже не было; перед открытием музея утрату закрыли современной вставкой.

Команда могла снова предъявить посетителям внешне целую статую. Солар, Сагредо и Карвахаль выбрали другой вариант: собрали древние фрагменты, удалили добавленную руку и подробно записали ход реставрации. У фигуры и сейчас нет этой руки. Она отсутствует не из-за незаконченной работы: реставраторы намеренно не выдали дополнение тысяча девятьсот восьмидесятого года за древнюю керамику.