Регистан

В тысяча триста шестьдесят пятом году на Регистане стояла соборная мечеть. Возле неё собрались горожане, которым предстояло решить, защищать ли Самарканд самим. К городу шло войско Ильяс-Ходжи, хана Могулистана — государства к востоку от области между Амударьёй и Сырдарьёй. Действующих крепостных стен у Самарканда не было. Тимур и его союзник эмир Хусейн уже пытались остановить Ильяс-Ходжу под Ташкентом, потерпели поражение и ушли за Амударью.

Среди собравшихся был Мавляна-заде, учитель медресе, добивавшийся немедленной обороны города. Он предложил знатным горожанам возглавить её, но желающих не нашлось. Тогда Мавляна-заде взял руководство на себя. Его поддержали Абу Бакр Калави, старшина трепальщиков хлопка — ремесленников, готовивших волокно к прядению, — и стрелок Хурдак Бухари. Это были люди, чьим обычным делом оставались учёба, ремесло и городские заработки. Хроники назвали их сарбадарами: слово означало готовность скорее увидеть голову на виселице, чем покориться.

От Регистана расходились главные улицы, и защитники использовали устройство города. Узкие переулки перегородили баррикадами и цепями, на крышах и за стенами разместили стрелков. Одну широкую улицу оставили открытой. Всадники Ильяс-Ходжи вошли по ней, после чего горожане ударили с боков стрелами, камнями и дубинами. Конница отступила, последующие атаки тоже не принесли хану города. Затем среди его лошадей началась эпидемия. Для армии, державшейся на коннице, потеря животных сделала продолжение осады невозможным, и Ильяс-Ходжа увёл войско.

Несколько месяцев Самаркандом руководили люди, собравшие оборону у мечети на Регистане. Весной следующего года вернулись Тимур и Хусейн. Нападать на город сразу они не решились. Сначала прислали сарбадарам подарки, почётные одежды и грамоту, признававшую их законными начальниками, затем пригласили предводителей на встречу в селение Кани-Гиль возле Самарканда. Там гостей схватили. Абу Бакра Калави и Хурдака Бухари казнили. Если верить историку Абд ар-Раззаку Самарканди, Мавляна-заде уже стоял у виселицы, когда Тимур добился для него пощады. О его дальнейшей судьбе надёжных сведений нет.

Регистан означает «песчаное место». Так называли открытые центральные площади, где сходились дороги, шла торговля и собирали горожан. Самаркандский Регистан существовал как рынок и общественный центр задолго до нынешнего ансамбля. Поэтому решение об обороне принимали именно здесь, а расходившиеся от площади улицы сразу стали частью плана.

Ни одного из трёх нынешних фасадов в тысяча триста шестьдесят пятом году ещё не было. Медресе Улугбека начали строить через полвека, Шердор и Тилля-Кари появились ещё двумя столетиями позже. Соборная мечеть, возле которой говорил Мавляна-заде, исчезла, и установленного вещественного следа от неё не осталось. Остались открытая площадь на перекрёстке городских дорог и её старое имя — Регистан.