Бункер Сталина

Под жилыми кварталами проложили командный пункт для ста человек, собранный из двух вертикальных шахт. В одной находились помещения для людей, в другой разместили вентиляцию, связь, водоснабжение и дизельную электростанцию, чтобы выдержать воздушное или химическое нападение. Метростроевцы монтировали стены из чугунных тоннельных колец, а на нижнем ярусе за герметичными дверями устроили зал заседаний с дубовым паркетом ёлочкой, сводчатым потолком и четырьмя ложными каминами. После войны сооружение десятилетиями сохраняли в тайне; теперь здесь музей, хотя объект по-прежнему относится к гражданской обороне.

Во дворе дома сто шестьдесят семь по улице Фрунзе обычная дверь ведёт к лестнице, уходящей на тридцать семь метров под землю. В военные годы над ней находился Куйбышевский областной комитет партии. На втором этаже приготовили рабочие помещения для Иосифа Сталина — председателя Государственного комитета обороны и Верховного главнокомандующего, который должен был руководить страной и армией даже в случае потери Москвы. Поэтому убежище строили прямо под его предполагаемой резиденцией: из кабинета наверху можно было быстро попасть в командный пункт.

Пятнадцатого октября тысяча девятьсот сорок первого года немецкие войска теснили советскую оборону к Москве. Члены Государственного комитета обороны, чрезвычайного органа военного руководства, постановили вывезти в Куйбышев правительство, Президиум Верховного Совета и иностранные представительства. Город, который тогда носил имя Валериана Куйбышева, выбрали из-за железнодорожных и речных путей, промышленности и расстояния от фронта. В документе отдельно оговорили судьбу Сталина: он должен был эвакуироваться завтра или позднее, «смотря по обстановке».

Через шесть дней тот же комитет распорядился построить здесь защищённое убежище. Сталин остался в Москве, но положение могло измениться, поэтому подготовку его переезда продолжили. Из Москвы в Куйбышев отправили метростроевцев — специалистов, умевших работать на большой глубине. Строительство объекта номер один возглавил инженер Николай Эсакия. Его бригадам предстояло устроить под жилыми кварталами командный пункт на сто человек и сохранить саму стройку в тайне.

Метростроевец Лев Симак вспоминал двенадцатичасовые смены и жильё в школьном здании, где в одном классе размещались по четыре-пять семей. Внизу рабочие собирали стены из чугунных тоннельных колец, укладывали бетон, монтировали вентиляцию, связь, водоснабжение и дизельную электростанцию. Грунт вывозили по ночам. Получилась конструкция, похожая на участок метро, поставленный вертикально: одна шахта занята помещениями для людей, другая — оборудованием, которое позволяло переждать воздушное или химическое нападение.

На самом глубоком уровне оборудовали зал заседаний Ставки Верховного главнокомандования — штаба, откуда руководили вооружёнными силами, — и личный кабинет Сталина. Даже под землёй участники совещаний должны были оказаться в привычном административном интерьере. В зале уложили дубовый паркет ёлочкой, устроили сводчатый потолок и четыре ложных камина. За герметичными дверями люди могли работать изолированно, пока наверху продолжалась бомбардировка.

Шестого января тысяча девятьсот сорок третьего года государственная комиссия приняла объект. К этому времени немецкие войска уже отбросили от Москвы, и переезд Сталина в Куйбышев утратил срочность. Руководитель, ради которого Эсакия и метростроевцы спустили командный пункт на глубину двенадцатиэтажного дома, сюда не приехал. Поздние рассказы о его тайных ночных посещениях не подтверждаются ни документами, ни независимыми свидетельствами. Не подтвердились и легенды о расправе над строителями: Эсакия и другие названные в документах специалисты продолжили работу на подземных объектах.

До конца войны убежище сохраняли в полной готовности, затем его существование скрывали ещё несколько десятилетий. Официально оно называлось объектом номер один; имя Сталина закрепилось позднее и указывало на предполагаемого пользователя. Теперь внизу находится музей, а сооружение по-прежнему числится защитным объектом гражданской обороны. Кабинет и зал заседаний сохранились там, где их подготовили, — под рабочими комнатами человека, который так и не спустился к своему столу.