Южный кей, сменивший профессию

Южный край острова устроен как широкая, примерно двадцатиметровая полоса суши между городом и рекой; вдоль неё ещё стоят складские ангары. Её задумывали для грузового берега, однако мелкая вода у кромки не пустила сюда большие суда, и перевозчики ушли к другим причалам. Оставшиеся помещения и береговая линия теперь служат школам, гостиницам, общественным учреждениям и городским регатам; один ангар занял школьный спортивный зал.

Кей Анри-Же — полоса суши, которую город отвоевал у реки. Проект набережной составили в тысяча восемьсот шестьдесят первом году; строители забивали сваи в дно, засыпали пространство между ними и берегом, и к тысяча восемьсот семьдесят пятому году довели кей до улицы Репантиньи. Позднее его расширили. Получилась торговая набережная шириной около двадцати метров, вдоль которой поставили склады.

Расчёт оказался неудачным. У южного берега не хватало глубины для крупных судов, поэтому перевозчики быстро предпочли другие причалы. Склады остались, а прежняя работа кея закончилась. Сейчас вдоль воды стоят школы, гостиницы и общественные учреждения; здесь проводят городские регаты. В одном из старых ангаров устроили спортивный зал для учеников.

Имя набережной принадлежит Анри Же, уроженцу Сен-Луи, крупному торговцу и владельцу недвижимости. Он зарабатывал на торговле и аренде домов, детей у него не было. Умирая в Бордо в тысяча восемьсот девяносто седьмом году, Же распорядился так, чтобы три его здания нельзя было продать, а доходы от них получали другие люди. Арендную плату с одного дома город должен был четыре раза в год раздавать бедным и незрячим. Два других здания Же завещал католическим учительским общинам — сёстрам Святого Иосифа Клюнийского и братьям Плоэрмеля.

Завещание едва не рассыпалось из-за юридической формальности. В тысяча восемьсот девяносто девятом и тысяча девятисотом годах выяснилось, что обе общины не имели статуса, позволявшего принять недвижимость. Дома вернулись вдове торговца Софи Робер. Она получила право оставить их себе или продать.

Робер выбрала исполнить замысел мужа другим путём. В тысяча девятьсот втором году она передала оба дома Сен-Луи и потребовала направлять арендные доходы на школьные стипендии имени Анри Же. Доли для девочек и мальчиков следовало сделать равными. Пятого марта тысяча девятьсот третьего года городской совет принял эти условия, а с первого января тысяча девятьсот четвёртого года муниципалитет начал распоряжаться всеми тремя зданиями.

Недвижимость продолжала приносить деньги уже без торговца и его вдовы. В отчётах за период с две тысячи семнадцатого по две тысячи двадцатый год записаны стипендии примерно для двухсот учеников, поровну для девочек и мальчиков, а также помощь людям с нарушениями зрения. На бывшем торговом кее сохранилось имя человека, который запретил продать свои дома, и условие его вдовы: половина ученических мест — девочкам, половина — мальчикам.