Дворец Олега

Церковные руководители Рязани держали здесь свой двор почти два с половиной века: в одном вытянутом доме соседствовали их покои, служебные комнаты, хозяйство и небольшая церковь. Третий этаж и общая кровля собрали разнородные части дома в нынешний объём. Красно-белые наличники вокруг окон появились вновь после того, как реставраторы извлекли из поздней кладки уцелевшие фрагменты старого убранства.

Название обещает княжескую резиденцию, но Олег Иванович никогда в этом здании не жил. Великий рязанский князь умер в тысяча четыреста втором году, а каменные палаты появились через два с половиной столетия. Археологи лишь предполагают, что прежде на этом участке находился княжеский двор. Имя Олега закрепилось за домом благодаря его портрету на западном фронтоне. Само изображение утрачено.

После пожара тысяча шестьсот сорок седьмого года епископ Мисаил приказал построить здесь новую резиденцию. В ней требовалось соединить жильё архиерея, помещения для его двора, хозяйственные службы и домовую церковь. Так возник длинный Архиерейский дом, которым церковные руководители Рязани пользовались почти два с половиной века.

Облик, по которому его теперь узнают, создали и заново собрали люди, разделённые тремя столетиями. В тысяча шестьсот девяносто втором году за работу взялся Григорий Мазухин — выходец из костромских крестьян, зарабатывавший каменными подрядами. Он надстроил третий этаж, разобрал главу домовой церкви и укрыл её свод общей кровлей. Окна Мазухин обрамил резным белым камнем; отдельные детали мастера окрасили свинцовым суриком.

В девятнадцатом веке почти все эти окна переделали, проёмы сместили, старые порталы уничтожили. К середине двадцатого столетия архитектору-реставратору Ирине Ильенко предстояло решить, какой из нескольких обликов здания возвращать и чем доказывать каждую восстановленную деталь. Ошибка превратила бы научную реставрацию в фантазию о семнадцатом веке.

В тысяча девятьсот шестидесятом году Ильенко нашла на западном фасаде подлинные следы суриковой окраски и восстановила часть окон. Через пять лет работу продолжила архитектор Елена Одинец. Когда каменщики раскрыли кладку, которой были заложены старые проёмы, внутри обнаружились срубленные верхушки наличников, белокаменные кронштейны и куски профилированных тяг. На некоторых деталях сохранилась та же красная краска. По этим фрагментам реставраторы вернули одиннадцать окон южного фасада и два внутренних портала.

Красно-белые наличники перед зданием показывают результат их работы. Портрет Олега восстановить было не по чему, поэтому князь остался только в названии. В бывших покоях архиереев теперь устраивают музейные выставки, а снаружи видны окна, форму которых удалось извлечь из кладки девятнадцатого века.