Храм Санто-Доминго и капелла Росарио

На фасаде изображён Доминик де Гусман — кастильский проповедник, основавший Орден проповедников, то есть доминиканцев. Строго говоря, сам храм посвящён архангелу Михаилу; имя Санто-Доминго закрепилось за ним по монастырю и его братии.

Росарио означает розарий — одновременно чётки и молитвенный круг, во время которого верующий вспоминает эпизоды из жизни Христа и Марии. По позднему доминиканскому преданию, Мария вручила чётки самому Доминику и велела распространять эту молитву. Исторически эта встреча не доказана, однако доминиканцы действительно сделали розарий одной из главных практик своего ордена.

В тысяча шестьсот пятидесятом году монах Хуан де Куэнка задумал рядом с основным храмом отдельную капеллу: здесь молитве должны были учить изображениями. Куэнка не довёл замысел до конца. Работу продолжили руководители местных доминиканцев Агустин Эрнандес и Боэсио де Себальос, а завершил Диего де Гороспе. Строительство растянулось на сорок лет.

Деньги собирало братство Розария — объединение мирян, которые вместе молились, устраивали службы и содержали алтарь. Жертвовали также люди, зарабатывавшие добычей жемчуга. Гороспе подчёркивал, что значительную часть милостыни принесли бедные жители. Золотое убранство оплачивал не один безымянный богач: члены братства складывали пожертвования десятилетиями, пока мастера покрывали стены лепниной и листовым золотом.

В тысяча шестьсот восемьдесят шестом году доминиканский распорядитель Бернардо де Андия нанял живописца Хосе Родригеса Карнеро. К этому времени Карнеро дважды овдовел, снова женился и был обременён долгами. Позднее он писал в завещании, что капитала у него не было: заказами на картины он содержал жену и её родственников. За огромное полотно «Учреждение Розария» Андия обязался заплатить ему четыреста пятьдесят песо.

На главной картине Мария раздаёт чётки собравшимся людям. Ещё шесть больших полотен вдоль стен показывают радостные эпизоды розария: Благовещение, встречу Марии с Елизаветой, рождение Христа, поклонение, принесение младенца в храм и найденного среди учителей отрока Иисуса. Ближе к алтарю Карнеро написал Вознесение, Коронование и торжество Марии. Скорбных эпизодов Страстей здесь нет. Человек проходил молитвенный круг по изображениям, а фигуры, золотые рельефы и купольные медальоны помогали удерживать его в памяти.

Шестнадцатого апреля тысяча шестьсот девяностого года епископ Мануэль Фернандес де Санта-Крус освятил капеллу. Восемь праздничных дней сопровождались отдельными проповедями. Через несколько месяцев их напечатали вместе с описанием убранства под названием «Восьмое чудо Нового Света». Так прозвище появилось уже при создателях капеллы.

Этот заказ укрепил положение Карнеро в Пуэбле. Вскоре он участвовал в создании местного объединения живописцев и стал руководителем круга мастеров, определивших городскую живопись следующего столетия. Среди получающих чётки на главном полотне один длинноволосый мужчина смотрит прямо из картины. Исследователи допускают, что Карнеро написал там себя, но документального подтверждения нет.

Карнеро умер в тысяча семьсот двадцать пятом году. В наследство детям, по его словам, переходила лишь репутация живописца. Девять его полотен по-прежнему висят в капелле Росарио.