Староместская ратуша и площадь

По сторонам большого ренессансного окна сохранились маленькие окна с решётками: за ними была тюрьма. На стене рядом выложен список погибших, а в мостовой отмечены кресты, появившиеся здесь уже в тысяча девятьсот четвёртом году. Так фасад ратуши хранит следы тех, кого городская власть когда-то держала за этими стенами.

«Староместская» значит «принадлежащая Старе-Месту», Старому Городу. До тысяча семьсот восемьдесят четвёртого года Прага состояла из четырёх городов с отдельными советами. Совет Старого Города заседал в этой ратуше; здесь же находились суд и тюрьма. Перед зданием шёл главный рынок, поэтому торговля, городские должности и публичные наказания сходились на одной площади.

У Яна Кутнаура здесь было что терять. Отец оставил ему дома и лавку на Староместском рынке. Ян получил образование, стал адвокатом и вместе с братом варил и продавал пиво. Воспитавший его Шимон Сушицкий тоже занимался адвокатурой, служил в финансовом ведомстве королевства и держал пивоваренное дело. Оба принадлежали к протестантской общине Чешских братьев, которую лишь недавно перестали преследовать в Праге.

В тысяча шестьсот восемнадцатом году представители чешской знати и королевских городов восстали против короля-католика Фердинанда Второго. Они добивались сохранения религиозных прав и городского самоуправления; король стремился вернуть советы под свой контроль и возобновить обращение страны в католичество. Кутнаур и Сушицкий пришли на заседание староместского совета и убеждали верных королю советников присоединиться к восстанию. Сначала им отказали. Через год королевских назначенцев вывели из совета, а Ян и Шимон сами заняли места в этой ратуше.

В ноябре тысяча шестьсот двадцатого года армии Фердинанда разбили повстанцев у Белой горы на окраине Праги. Выбранный восставшими король бежал, Старый Город капитулировал. Более шестидесяти участников мятежа, не успевших уехать, арестовали. Кутнаура и Сушицкого заперли в ратушной тюрьме — по сторонам большого ренессансного окна до сих пор остаются её маленькие решётчатые окна.

Специальный трибунал предложил наказания, а Фердинанд подписал пятьдесят один приговор, среди них двадцать восемь смертных. Одного осуждённого помиловали уже на эшафоте. Двадцать седьмого июня тысяча шестьсот двадцать первого года здесь погибли двадцать семь человек: трое знатных господ, семеро рыцарей и семнадцать горожан. Города сыграли в восстании сравнительно небольшую роль, однако среди казнённых намеренно оказалось особенно много их представителей. Главный рынок перед ратушей позволял превратить расправу в предупреждение всем городским советам королевства.

Большинство осуждённых обезглавили на помосте. Кутнаура и Сушицкого вместе с ещё одним членом Чешских братьев приговорили к более позорной смерти. Яна и Шимона повесили на перекладине, выдвинутой из окна той самой ратуши, где они прежде заседали как советники.

Вдова Яна Катержина похоронила мужа, забрала детей и уехала в саксонский Мейсен. Всё имущество Кутнаура конфисковали; позднее Катержина потеряла и собственную недвижимость за отказ вернуть детей в Чехию. Они смогли приехать в Прагу лишь через два десятилетия, согласившись перейти в католичество. Старшему сыну пришлось отдельно просить королевского прощения. После этого он снова вошёл в городской совет — уже Нового Города.

Эшафот и перекладина исчезли. Кресты в мостовой впервые выложили здесь только в тысяча девятьсот четвёртом году, а на стене ратуши поместили список погибших. В нём рядом стоят имена Яна Кутнаура и Шимона Сушицкого — людей, которые входили в это здание советниками, ждали приговора за его решётками и были повешены из его окна.