Майзелова синагога

В этих стенах частный молитвенный дом сразу открыли для всей пражской еврейской общины. В конце шестнадцатого века он был крупнейшей синагогой гетто. Теперь здесь работает экспозиция Еврейского музея, а перед ковчегом виден занавес и хранится расшитый чехол для свитка Торы.

Первого марта тысяча шестьсот первого года Мордехай Майзель распорядился судьбой этой синагоги в завещании. Через двенадцать дней он умер. Два дома Майзель оставлял племянникам, а синагогу — пражской еврейской общине. Наследников он не забыл: здание было передано общине намеренно.

Майзель жил торговлей и кредитом. Среди его клиентов были аристократы и члены императорской семьи; из небогатой пражской семьи он поднялся до одного из главных финансистов города. Император Рудольф Второй назначил его придворным евреем — так называли еврейского предпринимателя, обслуживавшего двор, — и дал ему редкие личные привилегии. Майзелю разрешили построить собственную синагогу и свободно завещать имущество.

Частный молитвенный дом он задумал таким, чтобы им пользовалась вся община. В тысяча пятьсот девяносто втором году Майзель открыл здесь крупнейшую синагогу гетто. Вместе с женой Фрумет он подарил ей занавес для ковчега, где хранят свитки Торы, и расшитый тканый чехол для одного из свитков. Эти вещи предназначались именно этому залу.

После смерти Майзеля Рудольф Второй распорядился конфисковать всё состояние своего бывшего финансиста. Дарованное императором право завещать имущество перестало защищать завещание. Родственники Майзеля начали судиться с казной. В тысяча шестьсот шестьдесят четвёртом году потомки его племянников добились возврата собственности и потребовали отдать им также синагогу, хотя Майзель прямо оставил её общине.

Спор наследников с общиной дошёл до насилия. Чиновники закрыли синагогу и вывезли её убранство, в том числе подаренные Майзелем и Фрумет ткани. Почти тридцать лет занавес и чехол хранились за пределами Еврейского города.

В тысяча шестьсот восемьдесят девятом году пожар разрушил своды синагоги и уничтожил большую часть находившихся здесь вещей. До вывезенных тканей огонь не дошёл. Позднее Шмуэль Тауск, новый глава Еврейского города, заплатил за их возвращение. Чехол восстановили в тысяча шестьсот девяносто девятом году, занавес — в тысяча семьсот шестьдесят седьмом.

Сегодня здание принадлежит Пражской еврейской общине — той, которой Майзель его завещал. Еврейский музей разместил здесь экспозицию, а внутри снова находятся занавес перед ковчегом и чехол для свитка Торы с именами Мордехая Майзеля и Фрумет.