Хисар Капия

В тесном проходе между булыжной мостовой и высоким фасадом ещё читается граница верхнего, укреплённого города. Арка Хисар капия выводила через восточный въезд к цитадели; ниже мостовой лежат остатки римских ворот, а видимая кладка относится к Средним векам. Камни, прошитые полосами красного кирпича, продолжаются в стене под домом и его подвалах. В помещениях у старой кладки теперь хранятся музейные фонды.

В тысяча восемьсот сорок седьмом году пловдивский купец Аргир Куюмджиоглу заказал мастеру Георгию Станчовски огромный дом у старого восточного въезда в город. Куюмджиоглу торговал абой — плотным шерстяным сукном — и держал торговый дом в Вене. Заработанное он вкладывал в резиденцию, по которой пловдивское купечество должно было судить о его состоянии.

Участок был неудобным: крутой склон, старая кладка и проход, который нельзя было занять. Этот проход называли Хисар капия — по-османски «крепостные ворота». Когда-то через него попадали в укреплённую верхнюю часть Пловдива. Под булыжной мостовой сохранились основания римских ворот, вероятно второго века, а нынешняя арка в основном сложена в одиннадцатом — тринадцатом веках. После османского завоевания город разросся за пределами холмов, и воротам уже не требовалось защищать прежнюю цитадель.

Станчовски не стал разбирать крепостную стену. Он поставил на неё восточный фасад дома Куюмджиоглу и включил древнюю кладку в основание и подвальные помещения. Перепад высоты помог превратить помеху в преимущество: со стороны двора дом имеет два жилых этажа, а над спуском поднимается на четыре. Так над бывшим оборонительным рубежом появились комнаты богатого торговца, а под ними — хозяйственные помещения.

Семья Куюмджиоглу позднее уехала из Пловдива, и наследники начали сдавать дом. Здесь последовательно размещались девичий пансион, шляпная мастерская, уксусное производство и мучной склад. В конце двадцатых годов двадцатого века здание приобрёл торговец табаком Антонио Коларо, рассчитывавший приспособить его под табачный склад. Коларо обанкротился, и дом выставили на продажу.

Пловдивский мэр Божидар Здравков добивался постоянного помещения для городской этнографической коллекции. В тысяча девятьсот тридцать восьмом году он вмешался в продажу, после чего община и Министерство народного просвещения договорились устроить здесь муниципальный дом-музей. Для Куюмджиоглу дом был свидетельством купеческого успеха; для Коларо должен был стать складом; при Здравкове он сам превратился в главный музейный экспонат. Посетителей начали принимать в тысяча девятьсот сорок третьем году.

Сегодня над Хисар капией находится Региональный этнографический музей. Средневековая стена по-прежнему служит основанием его здания, а помещения у старой кладки используют для хранения музейных фондов. В самой арке видны камни, обведённые кусочками красного кирпича; римское основание остаётся ниже мостовой.