Эспланада Трокадеро

Широкая каменная терраса лежит между крыльями Дворца Шайо и выходит к Эйфелевой башне и фонтанам. Под ней вырыли огромный театральный зал, который в послевоенные годы французское правительство отдало Организации Объединённых Наций на время строительства её постоянной штаб-квартиры в Нью-Йорке. В семидесятые годы зал радикально перестроили; теперь здесь находится зал Жана Вилара Национального театра Шайо. Официальное имя каменной площадки — Парвис свобод и прав человека.

Название «Трокадеро» пришло в Париж из Испании. В тысяча восемьсот двадцать третьем году французский король Людовик Восемнадцатый послал армию вернуть неограниченное правление испанскому королю Фердинанду Седьмому. Командующий экспедицией герцог Ангулемский взял форт Трокадеро в Кадисском заливе; после падения форта капитулировал Кадис, а Фердинанд вернулся на престол. Победой назвали парижский холм, затем дворец и сады. Самого сражения здесь не было.

У каменной площадки между крыльями нынешнего Дворца Шайо есть другое официальное имя — Парвис свобод и прав человека. Оно относится к событию, которое произошло именно здесь, причём не на открытой террасе, а под ней.

После Второй мировой войны постоянная штаб-квартира Организации Объединённых Наций в Нью-Йорке ещё строилась. Французское правительство предоставило ООН Дворец Шайо с огромным театральным залом, вырытым под эспланадой. Осенью тысяча девятьсот сорок восьмого года сюда приехали представители пятидесяти восьми государств. Им предстояло решить, можно ли договориться о правах, принадлежащих каждому человеку независимо от страны и её законов.

Элеонора Рузвельт, вдова американского президента, представляла Соединённые Штаты и возглавляла комиссию, готовившую Всеобщую декларацию прав человека. Она добивалась голосования на этой сессии. Два года юристы и дипломаты спорили о каждом положении; теперь советская делегация вновь предложила поправки и потребовала отложить решение ещё на год.

Рузвельт признала перед собравшимися, что текст не удовлетворяет полностью даже её собственную делегацию. Продолжение правки, говорила она, всё равно не даст каждому правительству всего желаемого. Ставка была вполне вещественной: декларация не имела силы международного договора и не предусматривала наказания нарушителей. Рузвельт предлагала утвердить общий стандарт сразу, а обязательный договор и способы его исполнения разрабатывать следом.

Десятого декабря тысяча девятьсот сорок восьмого года сорок восемь государств проголосовали за декларацию. Против не выступил никто; восемь делегаций воздержались, две не участвовали в голосовании. Председатель Ассамблеи назвал Рузвельт человеком, благодаря которому удалось довести работу до конца, и зал поднялся ей аплодировать.

Обязательные международные пакты приняли лишь в тысяча девятьсот шестьдесят шестом году, через четыре года после смерти Рузвельт. Большой зал, где состоялось голосование, в семидесятые годы радикально перестроили; теперь на его месте находится зал Жана Вилара Национального театра Шайо. С тысяча девятьсот восемьдесят пятого года лежащая над ним каменная терраса носит имя свобод и прав человека.