Октагональный бассейн

Восемь ровных граней каменной чаши охватывают западный бассейн Тюильри. По бокам выгнуты два подковообразных подъёма: здесь заканчивается регулярный сад, а дальше к Шайо продолжается древесная аллея, давшая начало Елисейским Полям. В тысяча шестьсот шестьдесят четвёртом году Людовик Четырнадцатый и Кольбер начали большую переделку сада, продлив его дальний край дорогой за пределы дворцовых владений.

В тысяча шестьсот тридцать седьмом году двадцатичетырёхлетний Андре Ленотр получил право унаследовать от отца должность штатного садовника Тюильри. Здесь работали также его отец и дед; сам Ленотр родился в доме на территории сада. Тюильри давали его семье службу, жильё и заработок задолго до того, как он прославился садами Версаля.

С тысяча шестьсот шестьдесят четвёртого года Людовик Четырнадцатый и его министр Кольбер поручили Ленотру переделать сад. Главным зрителем считался человек у окна дворца Тюильри. Оттуда ближние и дальние части должны были складываться в ясный рисунок, хотя перспектива неизбежно уменьшала всё, что находилось в конце Большой аллеи.

Ленотр исправил это геометрией. Дальний бассейн он сделал примерно вдвое больше круглого бассейна у дворца. Из окна оба казались сопоставимыми по размеру. Восемь прямых сторон дали западному бассейну его нынешнее имя, а две подковообразные рампы обозначили границу сада.

На воде Ленотр линию не остановил. За бассейном по его плану проложили обсажанную деревьями дорогу в сторону холма Шайо — будущие Елисейские Поля. Король получил перспективу, которая уходила за пределы его сада; позднее на её продолжении появились обелиск, Триумфальная арка и арка Дефанс.

Ленотр умер в тысяча семисотом году в своём доме в Тюильри. Дом исчез. Дворец, из окон которого рассчитывался обман расстояния, сгорел в тысяча восемьсот семьдесят первом году, а его остатки разобрали. Проверить первоначальный эффект с задуманной точки теперь невозможно.

У самого борта оптическая поправка выглядит огромной водной площадью. С конца девятнадцатого века на ней запускают маленькие парусники. А у входа со стороны площади Согласия, в глухой арке под террасой, стоит бронзовый бюст Ленотра: окна его главного зрителя исчезли, рассчитанный для них бассейн остался.