Сент-Шапель

Здание устроено в два яруса: внизу собирались дворцовые служащие, наверху — королевская семья, её гости и каноники. Верхняя часовня поднимается почти целиком в цветных витражах; среди них есть окно с прибытием святынь во французское королевство. От дворца сюда когда-то шёл крытый переход, но королевские покои и эта галерея давно исчезли.

Десять ключей от огромного ларца в алтарной части Людовик Девятый носил при себе. Передавал их король только доверенному человеку и требовал расписку. За двойными дверцами из серебра и позолоченной меди лежали предметы, ради которых он построил Сент-Шапель.

Главным считался обруч из камыша, который по христианскому преданию был терновым венцом Христа. В тысяча двести тридцать восьмом году им распоряжался Балдуин Второй — правитель созданной крестоносцами Латинской империи со столицей в Константинополе. Балдуину требовались деньги, чтобы удержать распадающееся государство. Его совет уже заложил венец венецианским заимодавцам, и реликвию готовили к отправке в Венецию.

Король Франции Людовик Девятый, которого после смерти канонизируют как святого Людовика, захотел перенести почитаемую святыню в Париж. Он погасил обязательства Балдуина и заплатил за венец и другие реликвии около ста тридцати пяти тысяч ливров — примерно половину годового дохода королевства и гораздо больше, чем затем стоило само здание часовни.

Девятнадцатого августа тысяча двести тридцать девятого года Людовик снял парадные одежды, надел простую тунику и босиком понёс венец к Нотр-Даму. Сент-Шапель тогда ещё не существовало. Королю требовалось постоянное хранилище внутри его резиденции на острове Сите. Между тысяча двести сорок вторым и тысяча двести сорок восьмым годами строители возвели две часовни одну над другой. В нижней молились служащие дворца. В верхнюю входили король, его семья, приглашённые им люди и каноники, проводившие богослужения. Из королевских покоев сюда вела крытая галерея, которой теперь нет.

Сент-Шапель буквально означает «Святая капелла»; святость в названии относится к реликвиям. В верхней часовне для двадцати двух святынь установили ларец шириной почти три метра. Его подняли на особую трибуну в апсиде, чтобы содержимое можно было показывать собравшимся. Король хранил ключи, каноники служили перед реликвиями, а придворные находились рядом с предметами, ради которых Людовик потратил состояние.

Балдуину продажа дала необходимую передышку, но его государство она не спасла. В тысяча двести шестьдесят первом году византийцы вернули Константинополь, и бывший император провёл остаток жизни в изгнании. Венец остался в Париже.

Людовик распорядился включить собственную историю в витражи верхней часовни. На окне, посвящённом перенесению реликвий, он и его младший брат Робер д’Артуа изображены босыми. Они несут на плечах покрытые тканью носилки с венцом. Эту сцену поместили после библейских царей, среди рассказа, который начинается сотворением мира и заканчивается прибытием святынь во французское королевство.

Во время Французской революции богослужения здесь прекратили. Люди переплавили большой ларец и меньшие реликварии; многие хранившиеся в них предметы исчезли. Терновый венец уцелел. После нескольких перемещений его в тысяча восемьсот шестом году передали в сокровищницу Нотр-Дама.

В Сент-Шапель теперь нет ни королевских покоев, ни серебряного ларца, ни самого венца. В апсиде стоит воссозданная в девятнадцатом веке трибуна, а на витраже Людовик и Робер по-прежнему несут к ней закрытые тканью носилки.