Главные ворота

Вигеланд задумал по периметру парка одиннадцать входных комплексов, но построили только этот. Чёрные железные створки весом в несколько тысяч килограммов держатся на петлях так точно, что поворачиваются почти без усилия и сами возвращаются на место. После ковки их вручную доводили напильником и защищали от ржавчины, а теперь реставраторы ежегодно убирают следы колясок, велосипедов и обычного движения через ворота.

Пять больших створов и два узких прохода между гранитными пилонами образуют восточный вход с Киркевейен. Отсюда начинается длинная прямая линия парка, ведущая к мосту, фонтану, Монолиту и Колесу жизни. В круглых полях ворот драконы связаны канатами, сцепились друг с другом и запутались в собственных телах. Такой плетёный орнамент напоминает резные порталы средневековых норвежских деревянных церквей.

Первые четыре драконовых медальона выковал Альфред Миккельсен. Он зарабатывал ремеслом задолго до встречи с Густавом Вигеландом: учился в деревенской кузнице на юго-западе Норвегии, работал экипажным и подковным кузнецом, а в тысяча девятьсот десятом году приехал в столицу, чтобы освоить тонкие решётки, листья и розы из железа. Двенадцать лет Миккельсен служил в частной мастерской. Там ему и поручили перевести рисунки Вигеланда в металл.

Скульптор Густав Вигеланд хотел сделать вход первым произведением своего паркового ансамбля и контролировать исполнение вплоть до отдельных соединений. К апрелю тысяча девятьсот двадцать шестого года его чертежи были готовы. Миккельсен выполнил пробные драконовы поля, и в тысяча девятьсот двадцать седьмом году их выставили в Музее прикладного искусства. Третьего октября того же года Сберегательный банк Осло предложил оплатить строительство ворот. Городской совет утвердил проект, после чего Вигеланд добился устройства собственной кузницы рядом со своим ателье.

Первого июня тысяча девятьсот двадцать восьмого года Миккельсена приняли туда первым кузнечным мастером. В его контракте прямо стояла задача: выполнить Главный портал под руководством Вигеланда. Заказ изменил всю его дальнейшую жизнь. Миккельсен ушёл из прежней мастерской, набрал помощников и почти четверть века проработал с ними в новой кузнице.

Вигеланд приносил композицию, начерченную на миллиметровой бумаге в масштабе один к десяти. Кузнецы увеличивали её до натуральной величины. Скульптор вносил поправки, после чего мастера переносили утверждённые линии на кальку и готовили рабочие шаблоны. Раскалённые стандартные железные полосы приходилось скручивать и растягивать до предела, заданного рисунком. Рядом с горном и наковальней стояли сверлильный и сварочный аппараты.

Для Миккельсена сварка стала условием, от которого зависел результат всего заказа. Позднее он писал, что без неё многие тонкие детали пришлось бы делать иначе: сварной шов позволял сохранить рисунок и придавал узким элементам необходимую прочность. Большие створки изготовили из особо качественного норвежского железа, прокатанного на заводе Спикерверкет. После ковки поверхности доводили ножовкой, зубилом и напильником, затем пескоструили, покрывали свинцовым суриком от ржавчины и чёрным лаком.

В сентябре тысяча девятьсот сорок первого года ворота установили у Киркевейен. Полностью работу закончили в июле тысяча девятьсот сорок второго. Каждая большая створка содержала несколько тысяч килограммов железа, однако городской инженер, принимавший портал, утверждал, что её можно повернуть одним пальцем: мастера так рассчитали петли и равновесие, что тяжёлая решётка возвращалась точно в исходное положение.

Вигеланд умер следующей весной. Кузницу после его смерти сохранили: мастерская Миккельсена выполняла заказы для ратуши Осло, городских парков и службы охраны старых зданий. Сам кузнец, несмотря на ухудшавшееся здоровье, оставался там до закрытия мастерской в тысяча девятьсот пятьдесят втором году.

Вигеланд задумывал одиннадцать входных комплексов по периметру парка. Построили только Главные ворота. Теперь на поддержание их чёрного железа ежегодно уходит суммарно около трёх рабочих месяцев: реставраторы удаляют ржавчину и следы, оставленные велосипедами, колясками и повседневным движением через проходы. Драконовы медальоны, с которых начался заказ, по-прежнему сохраняют форму, выкованную бывшим экипажным и подковным кузнецом Альфредом Миккельсеном.