Общественный зал

На восточном конце Наканосимы краснокирпичный фасад и главный вход ведут в большой общественный зал. Раньше поблизости стояло небольшое деревянное помещение для собраний, а новое здание получило сцену и комнаты для лекций, концертов и городских встреч. Здесь и теперь проходят концерты, конференции и занятия объединений, а под залом хранят вещи человека, благодаря которому он появился.

Этот краснокирпичный зал построили на деньги Ивамото Эйносукэ, биржевого маклера с соседней Китахамы. Он зарабатывал на колебаниях курсов, рискуя собственным состоянием, и однажды отдал Осаке миллион иен — половину отцовского наследства и ещё полмиллиона из своих средств.

Мысль о таком даре возникла у Ивамото в тысяча девятьсот девятом году. Он отправился с японской деловой делегацией в Соединённые Штаты и увидел, как состоятельные предприниматели оплачивают библиотеки, школы и общественные здания. Во время поездки умер его отец. Ивамото вернулся с наследством и намерением вложить деньги в сооружение, которым смогут пользоваться горожане.

Он попросил совета у Сибусавы Эйити — предпринимателя, помогавшего превращать частные пожертвования в устойчивые общественные учреждения. Сибусава предложил создать отдельный фонд: тогда судьба денег не зависела бы от дальнейших удач самого дарителя. Обсуждали парк, школу и другие варианты. По семейному преданию, мать Ивамото настояла, чтобы подарок был доступен каждому. Так выбрали общественный зал.

Для него отвели восточный конец Наканосимы, где поблизости уже стоял небольшой деревянный зал собраний. Миллион Ивамото позволил заменить его зданием с большой сценой и помещениями для лекций, концертов и городских собраний. Строительство начали в тысяча девятьсот тринадцатом году.

К этому времени Ивамото ушёл с биржи, но вскоре снова вернулся к торгам. Во время Первой мировой войны курсы резко выросли, а его сделки принесли огромные убытки. Люди из его окружения советовали попросить город вернуть хотя бы часть миллиона. Ивамото отказался: просить назад однажды подаренное он называл позором для осакского торговца.

В октябре тысяча девятьсот шестнадцатого года Ивамото выстрелил в себя у себя дома. Пять дней он оставался жив. Биржевые маклеры, многие из которых были ему обязаны прежними сделками, всю ночь жгли огни у святилища Осака Тэммангу и молились о его выздоровлении. Ивамото умер двадцать седьмого октября, в тридцать девять лет. Город не вернул пожертвование, а созданный заранее фонд продолжил стройку.

Общественный зал открылся через два года после его смерти. Здесь ставили оперы, читали лекции и проводили собрания; те же помещения и сейчас сдают для концертов, конференций и занятий городских объединений. В подземной экспозиции хранят связанные с Ивамото вещи. Над ними по-прежнему действует зал, который он оплатил полностью и так и не увидел законченным.