Замок Бельведер

Каменный Бельведер с остроконечной башней не готовили ни для жильцов, ни для солдат. Крепостной силуэт служил парковой декоративной затеей, а открытые проёмы и пустые помещения давали укрытие от дождя тем, кто гулял среди скал и деревьев. Сейчас стекло в окнах пропускает внутрь свет, а снаружи по-прежнему заметна необычная для парка каменная башня.

Название «Бельведер» означает по-итальянски «прекрасный вид». Именно вид был первоначальным назначением этого замка. В тысяча восемьсот шестьдесят шестом году создатели Сентрал-парка Фредерик Лоу Олмстед и Калверт Вокс задумали на скале Виста-Рок открытую смотровую площадку. Вокс и архитектор Джейкоб Рей Молд придали ей облик средневековой крепости. Они поставили её на месте служебной колокольни старого водоприёмного резервуара, занимавшего территорию нынешней Большой лужайки.

Внутри не предполагалось ни жилья, ни гарнизона. Дверей и застеклённых окон не было: башня служила укрытием от непогоды и высокой точкой, откуда парк раскрывался к северу и к югу. Такие декоративные постройки называли архитектурными причудами. Слово «замок» описывало внешность Бельведера, но не его занятие.

Первую настоящую работу ему нашли федеральные метеорологи. Их наблюдатели тогда служили в Арсенале — здании паркового управления у Пятой авеню. Они регулярно записывали температуру, давление, влажность, осадки, скорость и направление ветра. К началу двадцатого века соседние дома выросли и стали мешать приборам. Крыша Арсенала протекала: вода угрожала журналам наблюдений, а дежурившим под ней сотрудникам приходилось продолжать измерения.

В тысяча девятьсот тринадцатом году Бюро погоды предложило перенести обсерваторию ближе к центру парка, подальше от высоких зданий, и выбрало Бельведер. Метеорологи не переехали сразу. В тысяча девятьсот восемнадцатом году они сравнивали показания у Арсенала и у замка, а затем ждали, пока сюда проведут газ для отопления рабочих помещений.

Летом тысяча девятьсот девятнадцатого года сотрудники выбрали место для термометров на открытой скале к югу от башни. Голый камень мог нагреваться и искажать температуру, поэтому его оградили низкой стенкой, засыпали землёй и покрыли дёрном. На эту площадку поставили приборный ящик; дождемеры разместили ближе к земле, оборудование для ветра — наверху. Для наблюдателей город отдал помещения замка, а Бюро погоды предоставило людей, приборы и кабели.

Первого января тысяча девятьсот двадцатого года обсерватория начала работать здесь официально. Ради неё строители добавили двери и окна, устроили кабинеты, а верх башни переделали под метеорологическое оборудование. Посетителей внутрь больше не пускали: постройка, созданная для обзора, на несколько десятилетий стала рабочим помещением наблюдателей.

В начале шестидесятых годов измерения автоматизировали и передали показания в бюро на Рокфеллер-плаза. Сотрудники перестали постоянно дежурить в замке, двери заколотили. В семидесятые пустое здание покрыли граффити и разграбили. Созданное в тысяча девятьсот восьмидесятом году общество охраны Сентрал-парка выбрало Бельведер одним из первых объектов восстановления. Реставраторы вернули башне остроконечное завершение, восстановили павильоны и в тысяча девятьсот восемьдесят третьем году открыли внутри центр для посетителей.

Теперь через прозрачные стёкла снова виден парк, ради которого Олмстед и Вокс выбрали эту скалу. А за оградой к югу от замка приборы по-прежнему измеряют температуру, ветер и осадки для сводки Сентрал-парка — почти на том же участке, который метеорологи подготовили больше века назад.