Паласио де Беллас Артес

Тринадцатого июля тысяча девятьсот пятьдесят четвёртого года умерла художница Фрида Кало. На следующий день её гроб привезли в парадный вестибюль Паласио де Беллас Артес. Разрешение дал Андрес Идуарте, директор Национального института изящных искусств. От него зависело, кого здесь будут чествовать от имени главного художественного учреждения страны.

Сегодняшняя известность Кало может исказить ставку этого решения. При жизни она провела в Мексике единственную персональную выставку — всего за год до смерти. Врачи запрещали ей покидать постель, поэтому художница приехала на открытие в машине скорой помощи и принимала гостей лёжа. Институт уже готовил следующую выставку её работ: картины находились у разных владельцев, сбор затягивался, а Кало ждала её с нетерпением. Смерть оборвала подготовку.

Идуарте решил заменить несостоявшуюся выставку посмертным чествованием. Разные художественные объединения просили его принять гроб во Дворце. Он не стал согласовывать решение с министром просвещения: закон об автономии института, по его мнению, позволял директору распоряжаться в таких случаях самому. Позднее Идуарте объяснял свой выбор прямо: оценивать заслуги художников было его работой, и произведения Кало такого прощания заслуживали.

Почему гроб привезли именно сюда, объясняет название здания. Его начинали как новый Национальный театр. В тысяча девятьсот тридцать втором году министр финансов Альберто Пани распорядился превратить недостроенный театр в главное национальное учреждение искусств с музеями и выставочными залами. Тогда появилось имя Паласио де Беллас Артес — Дворец изящных искусств. После открытия в тысяча девятьсот тридцать четвёртом году здесь ставили оперу, балет и драматические спектакли, устраивали концерты и художественные выставки. Публичное прощание в его вестибюле означало официальное признание человека частью национальной культуры.

Во время церемонии на гроб Кало положили красное знамя Мексиканской коммунистической партии. Идуарте утверждал, что этого не разрешал и заранее о знамени не знал. Он несколько раз просил родственников убрать его. Те отвечали, что исполняют последнюю волю Кало. Тогда директор отказался прерывать прощание у гроба, хотя понимал, чем рискует.

Через сутки после церемонии министр просвещения Хосе Анхель Сенисерос снял Идуарте с должности. Директор потерял место именно за решение впустить гроб во Дворец и за то, что не велел силой убрать знамя. Тело Кало после прощания увезли на кремацию; её прах теперь находится в урне в Голубом доме в Койоакане.

В вестибюле не осталось ни гроба, ни красного знамени, ни постоянной отметки о том дне. Здесь по-прежнему проводят публичные прощания с художниками, писателями, музыкантами и артистами: гроб снова ставят в парадном зале Паласио де Беллас Артес, а двери открывают для общей церемонии.