Сады Флагстафф

Под кронами на этом склоне в обеденный час устраиваются служащие из соседних контор. Прежде возвышение служило городской сигнальной станцией: на вершине стояли высокая мачта и восьмиугольная будка, а у подножия собирались жители. Ещё раньше здесь хоронили первых европейских поселенцев Мельбурна. От станции не уцелело ничего, кроме названия садов, которое помнит флагшток.

Каждое утро Чарльз Ла Троб, главный администратор округа Порт-Филлип, поднимался сюда верхом вместе с секретарём — на холм, где теперь разбиты сады Флагстафф. Он хотел прочитать свежий список судов, вошедших в залив. В тысяча восемьсот сороковых годах это был самый быстрый способ узнать, кто и что прибыло в Мельбурн.

Океанские корабли оставались у Уильямстауна, в заливе Хобсонс-Бей. Между портом и городом не было мгновенной связи. Купцы ждали грузовые рейсы, семьи — переселенцев и письма из Британии. Вести шли морем несколько месяцев, а после прибытия корабля могли ещё долго не добраться до городских улиц.

Чиновники решили передавать сведения флагами. Для городской станции искали возвышенность, с которой был виден ответный пост на мысе Геллибранд. Холм Бэтмена оказался слишком низким, деревья закрывали направление к заливу. Площадка возле будущих судов тоже не подошла. Выбрали этот холм. Тогда его называли Погребальным: здесь находилось первое кладбище европейского поселения.

В сентябре тысяча восемьсот сорокового года рабочие поставили на вершине мачту, устроенную наподобие корабельной. Первая попытка провалилась: мачта оказалась слишком короткой, сигналы из Уильямстауна читались плохо. На следующий год её заменили более высокой и снабдили станцию сильным телескопом.

Сигнальщик у порта определял приближающееся судно и поднимал условные знаки. Его коллега на этом холме повторял их для города. Положение шара на рее показывало, идёт ли корабль, барк, шхуна или пароход; сочетание цветных полотнищ сообщало страну или порт отправления. Клетчатый флаг обозначал судно с переселенцами. Рядом с восьмиугольной будкой вывешивали списки прибытий и отходов.

Горожане знали около двадцати сигналов. При известии о корабле из Англии они собирались на склоне и ждали писем — хороших или дурных, как вспоминал один из первых жителей. Утренние поездки Ла Троба сюда не были чиновничьей причудой: на этом листе держалась повседневная связь города с остальным миром.

В тысяча восемьсот пятьдесят четвёртом году между Уильямстауном и Мельбурном протянули электрический телеграф. К тысяча восемьсот пятьдесят седьмому флаги перестали передавать судовые новости. Станционные постройки ненадолго отдали обсерватории, затем оборудование увезли, а холм опустел. Жители Западного Мельбурна подали прошение превратить заброшенный склон в место отдыха. В тысяча восемьсот шестьдесят втором году здесь открыли общественные сады.

От мачты, будки и доски с судовыми списками ничего не осталось. Высотные здания закрыли прежнюю линию взгляда к заливу. Сохранилось имя: «Флагстафф» означает флагшток. На лужайках, где теперь обедают служащие окрестных офисов, когда-то разворачивали лист с названиями только что прибывших кораблей.