Кур‑Сен‑Луи

По короткой площади Кур-Сен-Луи сегодня проходит трамвай. Нынешнее имя ей дали в тысяча восемьсот шестидесятом году, когда расширенная улица Ноай рассекла прежний Большой кур на две части. Северную назвали Кур-Бельсанс, южную — Кур-Сен-Луи.

Святой Людовик здесь — не французский король Людовик Девятый. Это Людовик Анжуйский, наследник Неаполитанского королевства, решивший стать францисканцем. После смерти старшего брата он уступил права на корону младшему, Роберту, принял монашеский сан и стал епископом Тулузы. В тысяча двести девяносто седьмом году Людовик умер в двадцать три года; его похоронили в марсельской церкви францисканцев. У гробницы ему стали приписывать исцеления, позднее Людовика канонизировали, а марсельцы называли его святым Людовиком Марсельским. Этим местным почитанием и объясняется название площади.

Цветочницы заняли её ещё до переименования. Прежде они торговали на Большом куре, нынешнем Кур-Бельсанс: раскладывали цветы на досках, положенных на козлы. Когда муниципальные чиновники решили перевести рынок сюда, женщины добились, чтобы город оплатил им постоянные прилавки. В октябре тысяча восемьсот сорок пятого года муниципальный совет утвердил шестигранные павильоны из чугуна под цинковыми крышами. За улучшение советники тут же подняли плату за место с трёх до четырёх с половиной франков за квадратный метр.

В тысяча восемьсот сорок седьмом году построили восемнадцать павильонов — по девять с каждой стороны. За одним из них позже закрепилось имя, которое до сих пор можно прочесть у Канебьер.

Жозефина Ру, будущая Жозефина Николи, торговала цветами с детства. Для её семьи это был единственный заработок: мать одна растила детей и жила той же торговлей. К тысяча девятисотому году городской справочник уже указывал Жозефину хозяйкой тринадцатого павильона.

В тысяча девятьсот восемнадцатом году марсельская звезда мюзик-холла Габи Деслис наняла Жозефину продавать цветы во время своей программы в Гран-Казино и дала ей новое имя — Ла Кик. Так в Марселе ласково окликали покупательницу или ребёнка. Из уст знаменитой артистки домашнее обращение превратилось в вывеску. Исполнители, приезжавшие на марсельские сцены, стали заходить к Ла Кик перед выступлением и покупать у неё розу на удачу.

Заказы вышли далеко за пределы театров. Жозефина снабжала цветами префектуру, готовила букеты к официальным визитам и в тысяча девятьсот тридцатом году получила орден Сельскохозяйственных заслуг. Потом тринадцатый павильон перешёл к её дочери Анриетте, которая держала его до тысяча девятьсот семьдесят восьмого года.

Остальные чугунные павильоны со временем убрали. У перекрёстка с Канебьер остался один киоск с именем «Ла Кик» — последнее напоминание о восемнадцати торговых местах, которые цветочницы когда-то выговорили себе у города.