Мемориал Улица д’Обань

Плита с восемью фотографиями стоит на небольшой площади рядом с новым одноэтажным домом и его внутренним двором. Раньше этот узкий участок рю д’Обань занимали два жилых дома, стоявшие вплотную друг к другу. Теперь здесь работает центр для районных объединений, задуманный вместе с родственниками погибших и жителями Ноая; во дворе оставили отдельное место памяти. Восемь лиц и имён на площади не дают месту бывших квартир раствориться в обычной городской застройке.

В ночь на пятое ноября две тысячи восемнадцатого года Мари-Эмманюэль Блан позвонила пожарным из квартиры на пятом этаже дома номер шестьдесят пять по рю д’Обань. Трещины расширялись, стены потрескивали, и она хотела понять, можно ли здесь оставаться. Мари-Эмманюэль было пятьдесят пять лет. Она жила на социальное пособие и заработок от изделий из стекла. Пожарный успокоил её: дома вот так, сразу, не рушатся. Она поблагодарила его и легла спать.

За семнадцать дней до этого жильцов уже выводили из дома. В подъезде выгнулась перегородка, и Ришар Карта, архитектор, назначенный судом оценить немедленную опасность, должен был решить, можно ли людям вернуться в квартиры. Он провёл внутри около часа, осмотрел указанную перегородку, но не спустился в подвал, не вошёл в квартиры и соседние здания. Позднейшие экспертизы показали, что вода в подвале разрушала несущую кладку и кирпичную опору, а стена между занятым домом номер шестьдесят пять и пустующим домом номер шестьдесят три была сильно деформирована. После заключения Карта жильцам разрешили вернуться.

Утром, в девять часов семь минут, оба дома обрушились. В пустом шестьдесят третьем никого не было. В шестьдесят пятом погибли восемь человек: Мари-Эмманюэль Блан, Симона Карпиньяно, Тахер Хедфи, Жюльен Лалонд, Фабьен Лавьей, Пап Ньяс, Улум Саид-Хассани и Мохамед Шериф Земар. Все имена на мемориальной плите принадлежат жильцам и гостям именно этого дома.

Через три года рядом установили плиту со словами «Марсель их не забудет», а небольшую площадь назвали площадью Пятого ноября две тысячи восемнадцатого года. На месте домов под номерами шестьдесят три и шестьдесят пять теперь сооружён одноэтажный центр с внутренним двором для районных объединений. Его проект выбирали вместе с семьями погибших и жителями Ноая; во дворе предусмотрено отдельное место памяти. Старая плита и восемь фотографий остались на площади, в нескольких десятках метров от тех квартир, которых больше нет.