Площадь Армерии и Королевский дворец

Название площади хранит память об оружейной палате, которая когда-то стояла напротив прежнего дворца и замыкала двор с юга. Филипп Второй перевёз сюда королевские доспехи и оружие, прежде всего собрание своего отца, и для них отвели отдельное здание. Оно погибло в пожаре, а оружейная палата теперь занимает западную сторону площади. По двору перед южным фасадом проходят церемониальные смены караула, а дворец принимает государственные церемонии и работает как музей.

Двадцать четвёртого марта тысяча семьсот шестьдесят шестого года Карл Третий вышел на центральный балкон южного фасада Королевского дворца. Он жил здесь меньше двух лет и был первым королём, поселившимся в новом здании. Внизу его ждали тысячи мадридцев.

Среди них были слуги, ремесленники, каменщики, подёнщики и мелкие торговцы. Подёнщик получал плату только за отработанный день; подорожавший хлеб мог съесть дневной заработок ещё до вечера. После неурожаев и спекуляции росли цены на хлеб и масло, а горожане винили королевского министра финансов и войны Леопольдо де Грегорио, маркиза Эскилаче. Сицилиец, приехавший вместе с королём из Неаполя, хотел сделать Мадрид безопаснее и распорядился запретить длинные плащи и широкополые шляпы: под ними можно было скрыть лицо и оружие.

Приказ исполняли буквально. Городские приставы ходили вместе с портными, затаскивали нарушителей в подъезды, обрезали плащи и поднимали поля шляп. За одеждой стоял более насущный счёт: сколько теперь стоит хлеб. Когда накануне приставы остановили на улице человека в длинном плаще, началась драка. Толпа разгромила дом Эскилаче, не застала министра и утром двинулась сюда, к королю.

Подходы к дворцу защищала Валлонская гвардия — дворцовый полк, который мадридцы считали чужеземным. В солдат полетели камни. Один из отрядов открыл огонь и убил трёх женщин и двух мужчин. Толпа не разбежалась: люди пошли на штыки, и валлонцам пришлось отступить внутрь дворца.

Командовавший обороной Алехандро О’Рейли предложил Карлу Третьему выбор: солдаты могут очистить площадь, но прольётся много крови. Король отказался. Он велел объявить о снижении цен на хлеб и масло, однако собравшиеся сорвали вывешенные листы. Затем к ним послали двух герцогов с обещаниями — их тоже не приняли. Люди требовали, чтобы король сам подтвердил отставку Эскилаче, отмену запрета на плащи и шляпы, роспуск ведомства, ведавшего продовольствием, и вывод Валлонской гвардии из Мадрида.

Около пяти часов Карл появился на балконе. Перед толпой шли францисканские монахи с распятием. Один из них звоном маленького колокола добился тишины и прочитал условия. Эскилаче лишался должности, цены снижались, прежнюю одежду разрешали, валлонцев обещали убрать. Король жестами подтвердил каждую уступку. В воздух полетели шляпы, и люди начали расходиться.

Этой же ночью Карл Третий тайно увёз семью в Аранхуэс. Узнав о бегстве, мадридцы захватили оружие и перекрыли дорогу, добиваясь возвращения короля; во дворец он вернулся лишь к концу года. Эскилаче вместе с женой и сыном отправили через Картахену в Неаполь. Он сохранил жизнь и титул, но больше не руководил испанскими министерствами. Пятеро убитых у дворца не увидели, как требования, за которые они пришли сюда, король принял с балкона.

Название площади старше этой сцены. «Армерия» означает оружейную палату. Филипп Второй перевёз в Мадрид королевские доспехи и оружие, прежде всего собрание своего отца Карла Пятого, и поместил их в отдельном здании напротив прежнего дворца. Оно замыкало этот двор с юга, поэтому пространство стали называть площадью Армерии. Старое здание сгорело в тысяча восемьсот восемьдесят четвёртом году; нынешняя оружейная палата находится у западной стороны площади.

Сегодня король здесь не живёт: во дворце проводят государственные церемонии, а залы открывают как музей. На площади устраивают торжественную смену караула. Входящая и уходящая Королевская гвардия занимает тот самый двор перед центральным балконом, куда валлонские гвардейцы отступили после выстрелов в толпу.