Сад Розария

Склон под Фурвьером прорезан петляющим пешеходным путём, а в покрытие здесь врезаны маленькие бронзовые розы. Они отмечают прежние пятнадцать молитвенных сцен, распределённых по подъёму для размышления над тремя кругами католического розария. Скульптор Жозеф Фабиш лепил эти сцены из терракоты, но они быстро разрушились и исчезли. Среди аллей остались дом Лоретт и старая лестница: прежде это была частная усадьба, а позднее два соседних прохода соединили в один сад.

Дорожки на этом склоне появились из-за двух людей, которые хотели провести паломников к одной часовне, но в итоге стали соперниками.

Первой свой проход устроила Полина Жарико — лионская католическая деятельница, жившая в доме Лоретт посреди нынешнего сада. Здесь находилось руководство основанного ею «Живого розария»: участники делили между собой части молитвы, чтобы ежедневно вместе читать её целиком. Жарико родилась в семье богатого торговца шёлком, однако к середине девятнадцатого века от семейного достатка у неё остался заложенный дом. Она вложила состояние в металлургическое предприятие, где собиралась обеспечить рабочим достойный заработок и семейный быт. Доверенные управляющие присвоили деньги. Затем в предприятие вложились мелкие пайщики. Жарико не была обязана отвечать перед ними собственным имуществом, но пообещала вернуть всё, что они потеряли.

Её последней надеждой стал этот склон. Через усадьбу Лоретт можно было проложить короткую лестницу от подъёма Сен-Бартелеми к часовне на вершине Фурвьера. За проход Жарико назначила плату в пять сантимов: расчёты показывали, что несколько лет паломничества покроют долги. Строительство обошлось примерно в десять тысяч франков. Когда ступени уже были готовы, соседка подала жалобу из-за перил и потребовала переделки. Подрядчик собирался уйти, но невестка Жарико дала ей ещё один заём.

Восьмого декабря тысяча восемьсот пятьдесят второго года лестницу открыли. За первые двадцать пять дней Жарико получила девятьсот франков. Эти сборы убедили большинство кредиторов согласиться на постепенные выплаты.

Через несколько месяцев появилась Фурвьерская комиссия — объединение, собиравшее земли вокруг часовни для будущего большого святилища. Комиссия проложила рядом собственную дорожку, более удобную для паломников. Чтобы вывести её к вершине, рабочие в отсутствие Жарико пробили стену её владения. Затем комиссия предложила купить Лоретт. Жарико отказалась: предложенной суммы не хватало на расчёт с людьми, доверившими ей сбережения.

Суды продолжались до конца её жизни. Доходов с лестницы оказалось недостаточно. Жарико внесли в городской список неимущих, и девятого января тысяча восемьсот шестьдесят второго года она умерла в доме Лоретт, так и не выбравшись из долгов.

Комиссия тем временем превратила свою дорожку в путь Розария. Розарий — католическая молитва, при которой размышляют над событиями из жизни Христа и Девы Марии. Архитектор Пьер Боссан разместил на подъёме пятнадцать небольших сооружений: по пять для радостных, скорбных и славных событий. Скульптор Жозеф Фабиш выполнил фигуры из терракоты. Второго октября тысяча восемьсот шестьдесят четвёртого года по извилистой дорожке впервые прошла процессия. От неё сад и получил своё имя; коллекцию настоящих роз высадили значительно позже.

Через год после открытия комиссия купила на торгах и бывшее владение Жарико. Два прохода, когда-то отбиравшие друг у друга паломников, вошли в один сад. Терракотовые сцены быстро потускнели, затем разрушились и исчезли. На дорожке их заменили небольшими бронзовыми розами, вделанными в покрытие. Среди аллей остались дом Лоретт и лестница, за каждый проход по которой Полина Жарико брала пять сантимов.