Двор Ворас

За высокими стенами этого двора продолжается обычная жизнь: галереи ведут к квартирам, а открытые каменные пролёты держат на себе весь подъём по склону. В конце двадцатого века здесь жили около двухсот пятидесяти человек, преимущественно небогатые семьи; в домах не хватало даже ванных и туалетов, а лестница и перекрытия требовали укрепления. Во время реконструкции жильцов не стали расселять: дом обновляли, пока они оставались у себя, и квартиры сохранили для людей с небольшим доходом.

Каменная лестница занимает почти всю стену двора. По её открытым маршам жильцы поднимаются к галереям и квартирам, а нижние проходы связывают площадь Кольбер с подъёмом Сен-Себастьен и улицей Имбер-Коломес. Это жилой комплекс и трабуль — сквозной путь через дома на крутом склоне.

Название связывают с Ворасами, группой вооружённых канутов-республиканцев, возникшей на Круа-Русс в тысяча восемьсот сорок шестом году. После падения монархии в феврале тысяча восемьсот сорок восьмого года они заняли городские укрепления над склонами и начали разбирать стену, отделявшую Круа-Русс от Лиона. Представитель нового правительства Эмманюэль Араго убедил их отступить, пообещав продолжить снос официально. В следующем году новое выступление подавила армия, и общество Ворасов исчезло.

С этой группой двор связывает городская традиция. Ворасы, вероятно, собирались здесь, однако рассказы о боях на лестнице и спасении мятежников через трабуль документами не подтверждены. Некоторые сцены появились гораздо позднее в лионской литературе. Достоверно здесь произошло другое столкновение — уже вокруг судьбы жильцов.

К концу тысяча девятьсот восьмидесятых годов в шестидесяти трёх квартирах жило около двухсот пятидесяти человек, главным образом бедные семьи. В квартирах не хватало ванных и туалетов, общего отопления не было, перекрытия и лестницу требовалось укреплять. Большой ремонт грозил вытеснить людей: временное жильё в центре стоило дорого, а после обновления могли вырасти и здешние платежи.

Проект возглавил Бернар Девер — священник, который одновременно руководил девелоперской компанией и ассоциацией «Жильё и гуманизм». Он добивался, чтобы после ремонта дом сохранил социальные квартиры. Для владельцев создали товарищество с обязательством не менять это назначение много лет, а плату рассчитывали с учётом положения семей. После переговоров с жильцами Девер принял главное решение: на время работ не выселять ни одну семью и проводить реконструкцию вместе с ними.

С тысяча девятьсот девяностого по тысяча девятьсот девяносто второй год строители укрепили лестницу, сняли металлические подпорки, заменили сети и перекрытия, устроили кухни, ванные и центральное отопление. Жильцы остались. Сейчас за восстановленными галереями по-прежнему находятся квартиры: пятьдесят шесть из них ассоциация использует для семей, молодых работников, пожилых людей и других жильцов с небольшими доходами.