Замок Сан-Жоржи

Деревянные створки главных ворот привезли сюда в тысяча девятьсот сороковом году, а каменный мост перед ними устроили годом раньше. За входом долго размещался королевский гарнизон, а за крепость отвечал назначенный хранитель. С южной и восточной сторон к склону подходит ров, отделявший стены от подступов. Имя святого Георгия, покровителя воинов, закрепилось за замком, вероятно, лишь в середине семнадцатого века.

В декабре тысяча триста восемьдесят третьего года крепость на вершине холма оборонялась от самого Лиссабона. Тогда её называли Лиссабонским замком. Это был замкнутый военный узел внутри бывшей исламской цитадели: одиннадцать башен, два двора, барбакан — низкая передовая стена — и ров с наиболее уязвимых южной и восточной сторон. Отсюда гарнизон мог угрожать городу, даже если улицы внизу уже занял противник.

Король Фернанду умер, не оставив сына. Его дочь Беатриш была замужем за королём Кастилии, а страной управляла её мать, регентша Леонор Телеш. После убийства советника регентши лиссабонцы поддержали Жуана, магистра Ависского ордена: незаконнорождённый брат покойного короля добивался короны и обещал не допустить перехода Португалии к кастильской династии. Город оказался у него в руках. Замок продолжал держать Мартин Афонсу Валенте — комендант, оставленный здесь вместо главного алькаида Жуана Афонсу Телу, брата регентши. Алькаидом называли назначенного хранителя королевской крепости; положение Мартина при дворе держалось на присяге, и сдать замок без разрешения своего господина он не мог.

В крепости находились около полутора сотен защитников. Жуан понимал, что этот гарнизон может помочь сторонникам регентши вернуть город, поэтому приказал начать осаду. Чтобы пробить стену, осаждавшие готовили «кошку»: лёгкий деревянный навес, защищённый мокрой землёй и кожами, с подвешенным внутри тараном. Но сначала требовалось засыпать ров и подвести машину под камни и стрелы сверху. Тем временем кастильский король уже вступил в Португалию, и долгой осады претендент на престол позволить себе не мог.

Тогда возник план, который хронист Фернан Лопеш описал без смягчений. К осадной машине пригрозили привязать Констансу Афонсу, жену коменданта. Следом обещали вывести жён и детей остальных защитников, чтобы гарнизон не решился обстреливать таран. Кто именно придумал использовать семьи как живой щит, неизвестно. Руководивший осадой Нуну Алвареш Перейра выбрал другой способ ускорить развязку: дал Мартину сорок часов и разрешил отправить гонца к Жуану Афонсу Телу в Сантарен. Двое людей из гарнизона остались заложниками. Эта формальность позволяла коменданту сохранить присягу: он сдавался лишь после того, как господин признавал, что помочь ему не может.

Жуан Афонсу Телу ответил, что людей для выручки у него нет, а срок настолько короток, что он не успел бы даже подковать лошадей. Он разрешил капитуляцию. Тридцатого декабря Мартин Афонсу передал крепость Нуну Алварешу и магистру Ависского ордена. Штурма не произошло, Констансу не привязали к «кошке», а город и замок впервые перешли к одной стороне. Через два года Жуана провозгласили королём Жуаном Первым. Помня, как крепость едва не обратили против лиссабонцев, он велел убрать ворота, выходившие из неё прямо к городу, и укрепить оборону.

Святой Георгий в нынешнем названии — раннехристианский мученик, которого в Средние века почитали как защитника воинов. Его призывали сторонники Жуана, а после победы новой династии он стал покровителем королевства и армии; связь усилили союз с Англией и брак Жуана с английской принцессой Филиппой Ланкастерской. Однако точная дата посвящения замка неизвестна: вероятнее всего, имя закрепилось лишь в середине семнадцатого века, а не по прямому приказу Жуана Первого.

Осадная «кошка» исчезла, как и снятые после капитуляции ворота. Деревянные створки главного входа привезли сюда в тысяча девятьсот сороковом году, каменный мост перед ними устроили годом раньше. От декабрьской осады осталась пространственная задача: южный и восточный ров, который людям Жуана предстояло засыпать, чтобы подвести к стене машину с женой коменданта.