Церковь Санта-Мария-Магдалена

Розовый фасад Санта-Мария-Магдалены обращён к авениде Сан-Мартин, а церковь стоит в стороне от площади Либертадорес. Такое положение досталось ей от прежней местности: через нынешнюю авениду проходил оросительный канал, вокруг лежали поля, и церковный участок появился раньше, чем чиновники разметили поселение с главной площадью.

В середине шестнадцатого века этими землями распоряжался дон Гонсало Таулишуско — крещёный курака, то есть наследственный глава коренного населения долины Лимы. Испанцы признавали его титул, но возлагали на него сбор податей. Его люди кормились с орошаемых полей; из урожая следовало покрывать и собственные нужды, и дань. В тысяча пятьсот пятьдесят пятом году Таулишуско жаловался королю, что переселенцы разобрали столько земли, что общине почти нечем жить и платить налоги.

Тем временем вице-король Андрес Уртадо де Мендоса добивался, чтобы жителей разных общин собрали в одном месте. Такое поселение называли редукцией: здесь людей было удобнее учитывать, облагать податями и обращать в христианство. Этим занимались францисканцы. На наследственной земле Таулишуско они успели построить церковь, монастырский дом и разбить сад.

Четырнадцатого августа тысяча пятьсот пятьдесят седьмого года передача земли была оформлена прямо здесь. Таулишуско говорил через переводчика и подписать акт не мог — вместо него расписался переводчик. Курака передал францисканцам навечно участок вместе с уже стоявшими церковью, монастырём и садом. В документе отдельно записали, что монахи могут распоряжаться ими как своей собственностью.

Брат Хуан де Агилера, генеральный комиссар францисканцев, добивавшийся закрепить владение за орденом, тут же совершил предусмотренный обряд вступления во владение. Он прошёл по участку и саду, вошёл в монастырь, а затем запер двери, оставив Таулишуско снаружи. Вице-король утвердил сделку; спустя тридцать лет другой вице-король подтвердил её ещё раз. Францисканцы оставались здесь около двухсот лет, а вокруг церкви собрали семьи из нескольких прежних общин долины. Так приход стал началом поселения, из которого вырос нынешний Пуэбло-Либре.

Название тоже пришло от францисканской доктрины — прихода, созданного для обращения местных жителей. Её посвятили Марии Магдалине, ученице Иисуса и первой свидетельнице его воскресения. Почему францисканцы выбрали именно её, сохранившийся акт не сообщает: в нём церковь и монастырь уже названы Магдаленой.

Пять лет после передачи участка больной Таулишуско продиктовал завещание. Он распорядился похоронить себя в главной капелле этой церкви и облачить во францисканскую рясу, чтобы получить полагавшуюся при таком погребении индульгенцию. Его просьба сохранилась в документе, но достоверно опознанной могилы Таулишуско здесь нет.

У выхода из церкви теперь стоит его бюст. Внутри, за позднейшим фасадом и алтарями, остаётся алтарная часть, которую он указал для своего погребения, — по другую сторону тех дверей, которые брат Хуан де Агилера закрыл после передачи участка.