Масджид Джамек Султан Абдул Самад

Под луковичными куполами и между двумя минаретами действует историческая городская мечеть, спроектированная в формах могольской архитектуры Северной Индии. Название «Джамек» говорит о её назначении: здесь собиралась община на общую пятничную молитву. Эта роль позднее перешла Национальной мечети, но в полдень и по пятницам сюда по-прежнему приходят люди, работающие в центре. У входа в главный зал в колонну вделан старый белый камень, а напротив него висит плита с нынешним названием здания.

В ноябре тысяча девятьсот шестого года имам Куала-Лумпура Хаджи Осман подал прошение Государственному совету Селангора. Он добивался, чтобы новую городскую мечеть построили именно здесь, на старом мусульманском кладбище между Клангом и Гомбаком. У общины уже отбирали прежнюю мечеть, и теперь её представители сами выбирали место для замены.

Прежняя стояла неподалёку, на Ява-стрит — нынешней Джалан-Тун-Перак. Землю для неё ещё в тысяча восемьсот семидесятых отвёл султан Абдул Самад, четвёртый султан Селангора. Переселенцы с Суматры, приехавшие в растущий оловянный город торговать и заводить хозяйство, построили там деревянную мечеть с многоярусной крышей, как у себя на родине.

В тысяча восемьсот восьмидесятом году она сгорела. Хаджи Осман и попечитель мечети, купец Абдул Самат, собрали пятьсот пятьдесят семь долларов из необходимых тысячи двухсот и дважды просили чиновников доплатить недостающее. Им отказали: правительство не хотело создавать правило, по которому казна должна восстанавливать сгоревшие молитвенные дома. Прихожане всё равно заново выстроили мечеть на свои деньги.

Через два десятилетия её потребовали убрать ради расширения Ява-стрит. Абдул Самат к тому времени умер, а попечителем стал его сын Мохамед Таиб, один из богатейших малайских купцов города. Он владел домами и лавками вдоль улицы и получал доход от торговли и недвижимости. Чиновники выкупили часть его участков, снесли лавки и собирались поставить новую мечеть на освобождённой земле. Таиб, Хаджи Осман и ещё один представитель общины согласились отдать старый участок лишь при условии, что получат полноценную замену.

Затем Хаджи Осман предложил перенести стройку сюда, к слиянию рек. Участок не был пустым: здесь хоронили мусульман из соседних поселений по меньшей мере с тысяча восемьсот семидесятых годов. Ради здания часть могил перенесли; другие захоронения оставались на территории мечети и позднее попадались строителям во время расширений и благоустройства.

Главный колониальный чиновник Селангора Генри Белфилд согласился с выбором места, но потребовал здания, соответствующего центру федеральной столицы. Архитектор Артур Хаббэк подготовил проект с луковичными куполами, арками и двумя минаретами, ориентируясь на могольскую архитектуру Северной Индии. Стоил он гораздо дороже деревянной мечети, которую собирались заменить.

Султан Алаэддин Сулейман-шах обещал десятую часть своего годового дохода. Малайские старейшины внесли первые пожертвования, затем сбор распространили по всему Селангору. Деньги передавали через деревенских старост и окружных чиновников; правительство добавило двадцать тысяч долларов. Когда к концу строительства средств снова не хватило, Белфилд выдал фонду заём под шесть процентов, чтобы расплатиться с подрядчиком. Султан закрыл этот долг в тысяча девятьсот одиннадцатом году.

Двадцать третьего марта тысяча девятьсот восьмого года Алаэддин Сулейман-шах опустил в основание белую мраморную плиту из Ипоха. Перед этим под неё положили девять новых монет — три соверена и шесть долларов. А двадцать третьего декабря тысяча девятьсот девятого года, в первый день праздника жертвоприношения, султан открыл мечеть и передал её прихожанам. Она стала главным местом общей пятничной молитвы в Куала-Лумпуре. Слово «Джамек» как раз означает мечеть, где собирается община. Эту роль здание сохраняло до открытия Национальной мечети в тысяча девятьсот шестьдесят пятом году; и сейчас сюда на полуденную и пятничную молитву приходят люди, работающие в центре города.

Султан Абдул Самад нынешнюю мечеть не строил: он умер за десять лет до закладки фундамента. Его имя напоминает о правителе, который отвёл землю первой общине, и о том, что эта часть Куала-Лумпура тогда принадлежала Селангору. У входа в главный молитвенный зал теперь стоят две плиты. В колонну вделан старый белый камень с именами султана Алаэддина, Белфилда и Хаббэка; напротив помещена плита с нынешним именем — Масджид Джамек Султан Абдул Самад.