Кладка отца Бернатека

Над Вислой стальная дуга несёт две отдельные дорожки, пешеходную и велосипедную, связывая Казимеж с Подгужем. Каменные береговые устои под ней сохранились от Подгурского моста, деревянные пролёты которого город в конце концов разобрал. Нынешняя переправа вернула этим устоям их работу, превратив остатки старого перехода в живую связь двух районов.

В тысяча восемьсот тридцать пятом году сенаторы Вольного города Кракова решили построить здесь постоянный мост. По Висле тогда проходила граница: на одном берегу находился Краков, на другом — австрийский город Подгуже. После того как прежний деревянный мост унесла большая вода, людям снова приходилось пользоваться плавучей переправой. Австрийские чиновники настаивали на строительстве: им требовалась дорога из Подгуже к будущему краковскому вокзалу.

Обе администрации создали строительную комиссию. Ради подъезда к реке проложили улицу Мостовую, разрезав сад ордена бонифратров. В русле поставили каменные опоры, на них уложили деревянные пролёты. В тысяча восемьсот пятидесятом году открыли мост имени императора Франца Иосифа Первого. Жители предпочитали название Подгурский мост.

Тридцать восемь лет он оставался единственной постоянной переправой через Вислу в Кракове. По нему провели газопровод в Подгуже, а у казимежского въезда устроили конечную первой городской конки — вагоны, которые лошади тянули через Главный рынок к вокзалу. Решение двух пограничных администраций изменило повседневный маршрут целых районов.

К тысяча девятьсот двадцать пятому году экспертиза признала деревянные части опасными, и город закрыл мост. Денег на замену не хватало. Инженеры установили временные пролёты и снова пустили людей, но уже за плату: собранные монеты шли на строительство моста Пилсудского. Когда тот был готов, старую переправу разобрали. Пролёты исчезли в тысяча девятьсот тридцать шестом году, опоры посреди реки убрали позднее. На берегах оставили только массивные каменные устои.

Через семьдесят четыре года городские строители оперли на них нынешнюю стальную конструкцию. В тысяча девятьсот десятом году здесь снова появился прямой переход между Казимежем и Подгужем — с раздельными настилами для пешеходов и велосипедистов.

Имя нового моста связано с бонифратрами, через чей сад когда-то провели улицу Мостовую. Лаетус Бернатек, приор ближайшей общины — то есть её руководитель, — добивался строительства современной больницы для Кракова. До назначения приором он окончил фармацевтическое отделение Венского университета и много лет работал аптекарем в больницах своего ордена.

Во время эпидемий холеры и оспы Бернатек превратил монастырь в инфекционный госпиталь. Затем взялся за отдельное больничное здание. Первые благотворители обещали деньги, но вскоре их участие ослабло. Бернатек занимал средства в сберегательных кассах и просил субсидии у Галицийского сейма и городского совета. Через девять лет больницу открыли: сто коек, операционные, аптека, центральное отопление, вентиляция, горячая и холодная вода. Для начала двадцатого века это было редкое оснащение.

Хотя на табличке Бернатек назван отцом, священником он не был: он изучал богословие, но сана не принимал. Его ремеслом оставалась фармация. Больница бонифратров на Тринитарской продолжает принимать пациентов в нескольких кварталах отсюда, а под стальной дугой Кладки отца Бернатека сохранились береговые устои Подгурского моста.