Дом семьи Номура

От усадьбы Номура здесь сохранились участок, часть сада, старые деревья и извилистый водоток. Комнаты, по которым сегодня проходят посетители, принадлежали другой семье и стояли в другом городе. Нынешний музей собрали из уцелевших частей двух домов.

В тысяча пятьсот восемьдесят третьем году Номура Дэнбэй Нобусада пришёл в Канадзаву вслед за своим господином Маэдой Тосииэ. Дэнбэй был его личным вассалом и хотел закрепиться на новой службе. Позднее главы семьи возглавляли конный эскорт Маэда и становились бугё — чиновниками, которым поручали отдельные дела княжества.

Номура жили с дохода, рассчитанного в рисе. Их содержание выросло от тысячи до тысячи двухсот коку; одного коку считалось достаточно, чтобы кормить взрослого человека в течение года. Семья могла содержать собственных слуг и получила здесь участок площадью около трёх тысяч трёхсот квадратных метров. Размер сада был следствием должности и жалования.

Сам Дэнбэй происходил из Овари. На новом участке он пытался прижить деревья с родины. Большинство не выдержало климата Канадзавы. Уцелела ямамомо — вечнозелёное плодовое дерево, которому теперь больше четырёхсот лет. Оно росло здесь, пока потомки Дэнбэя поколение за поколением занимали должности при Маэда.

В тысяча восемьсот семьдесят первом году княжества упразднили. Вместе с должностями исчезло рисовое содержание, на котором держалось хозяйство Номура. Дом разобрали, часть земли превратили в огород, остальное постепенно распродали. От большого владения остались фрагмент сада, водоток и несколько старых деревьев.

В тысяча девятьсот сорок первом году новый хозяин участка решил восстановить сад и перевёз сюда часть дома Кубо Хикобэя. Кубо был богатым судовладельцем из Хасидатэ; его торговые корабли ходили вдоль побережья Японского моря. В сороковых годах девятнадцатого века он построил особые комнаты для приёма своего князя. Среди них были зал аудиенций и дзёдан-но-ма — помещение с почётным местом для гостя высшего ранга. Для потолка использовали японский кипарис, для отделки — палисандр и чёрное дерево, раздвижные перегородки расписали художники, служившие княжескому дому.

Главную часть дома Кубо тогда увезли в другое место; позднее её снова собрали в городе Кага. В Канадзаву попало парадное крыло. Его соединили с садом Номура, а наверху устроили чайную комнату, где теперь подают маття.

За раздвижными перегородками зала Кубо видна ямамомо Дэнбэя. Кипарисовый потолок предназначался для приёма князя в Хасидатэ, дерево росло на участке вассала в Канадзаве. В одном доме они оказались только в тысяча девятьсот сорок первом году.