НИС «Витязь» и Набережная исторического флота

НИС в названии расшифровывается как научно-исследовательское судно. Белый корпус с мачтами служил океанологам: под палубами разместили лаборатории, хранилища проб и лебёдки для работ на глубине. Каюты и машинное отделение сохранили прежнюю планировку, а нынешнюю набережную исторического флота начали собирать вокруг корабля на участке с разбитой причальной стенкой.

Двенадцатого июля тысяча девятьсот девяносто четвёртого года буксиры вели по Преголе судно с уложенными на палубу мачтами. Чтобы протащить его к этому причалу, рабочие углубили фарватер, подняли линии электропередачи и развели двухъярусный мост. За мостом мачты вернули на место. Так «Витязь» прошёл последние километры пути, который начался за пятнадцать лет до этого.

В тысяча девятьсот семьдесят девятом году он завершил шестьдесят пятую научную экспедицию и пришёл в Калининград. Учёные давно предлагали открыть на борту музей. Сначала судно хотели поставить в Москве, но океанский корпус не проходил по каналам. В Калининграде для него тоже не нашлось ни готового причала, ни учреждения, готового оплачивать содержание корабля. Одиннадцать лет «Витязь» ржавел у завода «Янтарь», пока ведомства убеждали друг друга принять его на баланс. Обсуждалась и разделка на металл.

Светлана Сивкова, сотрудница областного историко-художественного музея и океанолог по образованию, добивалась сохранения судна. Ей поручили изучать «Витязь»: предполагалось, что он когда-нибудь станет филиалом музея. У Сивковой не было должности, позволявшей отдавать приказы заводу или министерствам. Она собирала вокруг корабля учёных и горожан; появился клуб друзей будущего музея. Один из участников этой кампании, учёный и бард Александр Городницкий, лично ходил в Министерство культуры уговаривать чиновников принять судно.

В апреле тысяча девятьсот девяностого года правительство учредило в Калининграде Музей Мирового океана, а Сивкова стала его первым директором. Постановление спасало название, но ещё не корпус. Горсовет передал музею захламлённый участок на Преголе с разбитой причальной стенкой и двумя полуразрушенными зданиями. Академия наук передала само судно Министерству культуры — вместе с расходами на ремонт и экипаж. На «Янтаре» заменили иллюминаторы и двери, настелили палубу, привели в порядок надстройки и палубные устройства.

Сивкова просила выделить весь этот берег под исторический флот ещё в тысяча девятьсот девяносто втором году, когда здесь не стояло ни одного музейного корабля. Поэтому сегодняшний ряд судов возник вокруг «Витязя», а не был готовой старой гаванью, которую музей занял целиком. Первых посетителей пустили на борт в октябре тысяча девятьсот девяносто четвёртого года. В штат учреждения культуры пришлось включить капитана, боцмана и матросов: крупный экспонат требовал настоящего экипажа, чтобы оставаться на плаву.

Сокращение НИС означает «научно-исследовательское судно». В тысяча девятьсот сорок девятом году океанолог Вениамин Богоров предложил назвать бывший грузовой теплоход «Витязем» в память о двух русских корветах. Первый доставил этнографа Николая Миклухо-Маклая к Новой Гвинее. На втором морской офицер Степан Макаров измерял температуру и плотность океанской воды, а затем выпустил труд «Витязь и Тихий океан». Директор Института океанологии Пётр Ширшов собственноручно нарисовал шрифт для нового имени.

Учёные переоборудовали теплоход в плавучий институт с лабораториями, хранилищами проб и глубоководными лебёдками. В двадцать пятом рейсе геологический отряд Глеба Удинцева искал дно Марианского жёлоба. Эхолот показал около десяти тысяч шестисот метров, но прибор считал скорость звука постоянной. Исследователи ещё много часов опускали термометры и батометры, брали воду с разных горизонтов, определяли её температуру и солёность и вводили поправки. После расчётов появилась глубина одиннадцать тысяч двадцать два метра. Позднейшие измерения уточнили эту цифру, однако тогда она вошла в справочники как рекордная.

Лаборатории, каюты и машинное отделение, по которым теперь проходят посетители, сохранили устройство плавучего института. А место «Витязя» у причала осталось первым в ряду: остальные корабли Набережной исторического флота сотрудники музея ставили уже рядом с судном, ради которого эту набережную когда-то попросили у города.