Львиные ворота

Львиные ворота прорезают восточную стену Старого города и сегодня служат её единственным открытым входом. Теперь через арку идут прямо, но прежде проход нарочно ломался внутри: вошедший сперва сворачивал на север и только потом попадал в город. Такой тесный поворот мешал нападавшим разогнаться перед внутренним проёмом. В британское время внутреннюю стену разобрали ради автомобилей, а от прежнего оборонительного хода осталось сводчатое помещение.

Над аркой высечены четыре зверя — по два с каждой стороны. Их давно называют львами, хотя историки исламского искусства узнают в них пантер: личный знак мамлюкского султана Бейбарса, правившего в тринадцатом веке. Этим знаком он помечал монеты и заказанные им постройки.

Сами ворота появились почти через три столетия после Бейбарса. Османский султан Сулейман Великолепный приказал снова окружить Иерусалим стеной, и в тысяча пятьсот тридцатых годах работу начали местные мастера вместе со строителями из Алеппо. Деньгами и сроками распоряжался султанский чиновник Мухаммад Челеби ан-Наккаш. Когда его обвинили в том, что строительство затянулось, помощник ан-Наккаша, мастер Дарвиш аль-Халаби, выступил свидетелем и подтвердил: начальник торопил работы насколько мог. Обвинение сняли. Для ан-Наккаша это был спор о потраченной казне и собственной должности; для жителей — вопрос, получит ли город наконец сплошную защиту.

Между тысяча пятьсот тридцать восьмым и тысяча пятьсот тридцать девятым годами строители завершили восточные ворота. В новую кладку они вставили два старых каменных блока с пантерами Бейбарса. Эти рельефы использованы вторично, но здание, для которого их вырезали первоначально, уверенно определить не удалось. Внутри прохода сохранилась надпись с именем Сулеймана, а снаружи оказалась подпись другого султана, умершего за два с половиной века до начала стройки.

Позднее возникло предание, будто Сулейман увидел во сне львов, которые собирались растерзать его за пренебрежение Иерусалимом, и после этого велел возвести стены. Это именно предание: документы связывают ворота со строительным приказом Сулеймана, а зверей — с эмблемой Бейбарса. Зато легенда хорошо объясняет, как пантеры превратились в львов и дали воротам нынешнее имя.

Первоначально за аркой нельзя было пройти прямо. Человек входил в тесный вестибюль, поворачивал на север и лишь затем — в город: такой изгиб задерживал нападавших и не позволял разогнаться перед внутренним проёмом. При британском мандате внутреннюю западную стену разобрали, чтобы пропускать автомобили без поворота. Поэтому сейчас единственные открытые ворота в восточной стене выглядят как прямой проезд. От оборонительного колена осталась часть сводчатого помещения, а над выпрямленным проходом по-прежнему стоят четыре пантеры Бейбарса.