Улица Тай-Нань

Кожа здесь уходила партиями в тысячи квадратных футов. Её покупали сапожные, швейные и сумочные мастерские Шам-Шуй-По, а поставщики сырья держали лавки рядом с производством. Так Тай-Нань получила прозвище Кожевенной улицы, а «Люнчён» работал как оптовый магазин. У входа и теперь лежат кожаные отрезы, которые когда-то предназначались для соседних мастерских.

У дома сто семьдесят три на улице Тай-Нань две облицованные мелкой плиткой колонны окружены железными ограждениями. Дом они не подпирают. Владельцы кожевенного магазина «Люнчён» поставили ограждения после того, как грузовики весом в пять-шесть тонн начали скалывать плитку: водители подводили машины вплотную к дверям, чтобы грузить целые кипы кожи.

Магазин открыли в тысяча девятьсот сорок восьмом году супруги, перебравшиеся в Гонконг из Гуанчжоу. В Шам-Шуй-По тогда множились мастерские, выпускавшие обувь, сумки, ремни и одежду. Им постоянно требовалось сырьё, поэтому торговцы кожей собирались поблизости от производителей. «Люнчён» продавал почти исключительно оптом: один покупатель мог забрать от пяти тысяч до десяти тысяч квадратных футов кожи. Из таких заказов выросла вся местная торговля, и Тай-Нань стали называть Кожевенной улицей.

Семья жила на повторных заказах и рисковала при каждой отсрочке платежа. Товар отпускали по чеку или устному обещанию. Покупатель мог исправно расплатиться за пять партий, взять шестую, оставить необеспеченный чек и исчезнуть. Потеря исчислялась десятками тысяч гонконгских долларов того времени.

Когда основатель магазина рано умер, дело приняла его вдова Чён Сиу-Ва. Ей нужно было сохранить семейный доход и удержать покупателей в отрасли, где хозяевами почти всегда были мужчины. Она продолжила оптовую торговлю и стала первой женщиной — почётным председателем Гонконгской ассоциации торговцев кожей. Магазин пережил её поколение и перешёл к детям, а затем к внуку.

В начале две тысячи восемнадцатого года внук Чён Сиу-Ва Томми Лён принял магазин уже в другом городе. Производители уехали, крупные заказы исчезли, а доля опта упала с девяти десятых продаж до менее чем одной десятой. Томми за три месяца перестроил внутренние помещения. На нижнем этаже он разместил небольшие отрезы и готовые вещи для розничных покупателей, наверху устроил мастерскую и выставочное пространство, а опытных кожевников пригласил вести занятия. Покупателей ненамного прибавилось, зато сюда начали приходить студенты-дизайнеры; помещения стали занимать мастер-классы, выставки и театральные проекты.

«Люнчён» по-прежнему торгует кожей и принимает заказы. Железные ограждения вокруг колонн тоже остались, хотя большие грузовики теперь трудно встретить. Раньше между ними проносили сырьё для фабрик тысячами квадратных футов; теперь через тот же вход несут небольшой кусок кожи, из которого посетитель собирается сделать одну сумку или бумажник.