Артур-сёркус

Артур-сёркус — круговая улица с одноэтажными кирпичными коттеджами и общей лужайкой. Слово «сёркус» здесь описывает планировку, а имя принадлежит Джорджу Артуру, бывшему вице-губернатору Ван-Дименовой Земли. Оно появилось как фамилия собственника на плане частной распродажи.

До Артура эта земля входила в усадьбу первого колониального священника Роберта Кнопвуда. Сам дом Кнопвуда стоял ниже, ближе к нынешней Саламанка-плейс, но участок будущего круга составлял часть тех же владений. Кнопвуд вложил в дом, хозяйственные постройки и землю около тысячи фунтов. После ухода со службы его годовая пенсия составляла сто фунтов, а неудачная продажа усадьбы лишила его финансовой опоры.

В тысяча восемьсот шестнадцатом году Кнопвуд договорился продать владение капитану Таунсенду Джонсу за две тысячи фунтов. Джонс внёс половину суммы, но умер прежде окончательного расчёта. Его вдова не могла заплатить остаток. Кнопвуд попытался через суд заставить её завершить покупку и проиграл. Долги остались; сначала кредиторы вынудили его распродать часть земли, затем кредитор Эдвард Лорд добился продажи оставшихся двенадцати акров.

В июне тысяча восемьсот двадцать девятого года землю купил лаунсестонский предприниматель Генри Дженнингс. Уже в августе он уступил её Джорджу Артуру за восемьсот фунтов. Артур действовал сразу в двух ролях: руководил колонией и вкладывал собственные деньги в землю. Он знал о намеченных работах у бухты Салливана, которые должны были приблизить к участку дороги, причалы и склады. В городе этот проект знали, однако многие сомневались, что его действительно осуществят. Артур рискнул частным капиталом, располагая служебным пониманием того, насколько вероятна стройка.

Покупку обсуждали ещё при его жизни. Когда потребовалось подтвердить право на участок коронным актом, документ сначала оформили на личного секретаря Артура Уильяма Паррамора, а тот передал землю обратно, указав, что держал её для Артура как доверенное лицо. Противники вице-губернатора увидели попытку скрыть собственность. Архивные акты не доказывают тайной фиктивной сделки: первоначальную купчую открыто записали на самого Артура, а оформление через секретаря могло понадобиться потому, что вице-губернатору пришлось бы собственноручно утверждать пожалование самому себе. Спор вызывало другое: общественные работы повышали цену его личной земли.

Кнопвуду Артур обещал разрешить ещё восемнадцать месяцев жить в старом доме без платы. К тысяча восемьсот тридцать первому году там уже поселился дорожный инспектор Родерик О’Коннор. Кнопвуд перебрался за реку, в Кларенс-Плейнс, и умер в тысяча восемьсот тридцать восьмом году, до конца жизни отбиваясь от кредиторов. Артур к тому времени покинул колонию, но эту землю сохранил.

В тысяча восемьсот сорок седьмом году он разделил верхнюю часть владения на шестнадцать тесных участков вокруг площадки, обозначенной на аукционном плане как место для отдыха. Аукционист Джон Чарлз Стрейси приглашал покупателей вкладывать капитал и обещал, что район станет местом встреч состоятельного общества. Получилось иначе. Небольшие участки купили строители и мелкие владельцы, а в коттеджах больше века жили многочисленные семьи, связанные заработком с набережной.

Один участок приобрели каменщик Эдвард Браун и штукатур Томас Коллинс. Они поставили на нём двухкомнатный кирпичный дом. В тысяча восемьсот пятидесятом году вдова Кэтрин Джексон купила этот коттедж за сто фунтов; вскоре там поселилась её старшая сестра Маргарет Фигг, оставшаяся с детьми после распада брака. Позднее родственники Маргарет жили и в соседнем доме. Общая площадка внутри кольца служила двором для семей, которым в маленьких коттеджах не хватало собственного пространства.

Сегодня коттеджи остаются частными домами, а центральная зелёная площадка — общественным местом отдыха. С тысяча девятьсот тридцать девятого года их почтовые адреса относятся к Раннимид-стрит, однако за всем кольцом сохранилось старое имя — Артур-сёркус.