Отель «Насьональ» и батарея Санта-Клара

Шестого сентября тысяча девятьсот тридцать третьего года генерал Хулио Сангили Эчарте перебрался в трёхлетний отель «Насьональ». Он недавно перенёс операцию из-за прободной язвы, а его сын служил здесь врачом. Через два дня в гостинице собрались около пятисот вооружённых офицеров. Сангили был для них свергнутым начальником армии, которого они хотели вернуть на прежний пост.

Четырьмя днями раньше сержант Фульхенсио Батиста, служивший стенографистом при военном суде, возглавил мятеж нижних чинов. Сержанты и солдаты отстранили своих командиров и назначили Батисту начальником штаба. В случае поражения их ждали военный суд и, возможно, расстрел. Победа, напротив, открывала им офицерские должности. Прежние командиры лишились частей и военной карьеры. Обе стороны понимали: в одной армии для них места уже не было.

Офицеры выбрали «Насьональ» по трём причинам. Здесь лежал Сангили, здесь жил американский посол Самнер Уэллес, от которого надеялись получить поддержку, и здание было удобно оборонять. Сами офицеры говорили Уэллесу, что другого доступного и столь защищённого убежища в Гаване у них нет. Когда служащие перестали выходить на работу, постояльцы уехали, а офицеры распределили между собой кухню, уборку и управление лифтами. Из роскошной гостиницы получился гарнизон.

Выбор холма повторял старый военный расчёт. После захвата Гаваны англичанами испанская администрация усиливала береговые позиции. В тысяча семьсот девяносто седьмом году генерал-капитан Кубы Хуан Прокопио де Баскур, носивший титул графа Санта-Клара, передал под батарею принадлежавшую ему землю. Его титул и дал ей название: Санта-Клара здесь — имя графа, при котором построили укрепление. В конце девятнадцатого века испанские артиллеристы установили на холме дальнобойные орудия Круппа и Ордоньеса. После войны батарею превратили в казарму, затем участок продали под гостиницу. Строители убрали большую часть укреплений, но оставили два тяжёлых орудия в саду.

Сангили и бывший военный министр Орасио Феррер собирались восстановить правительство Карлоса Мануэля де Сеспедеса. Сам Сеспедес отказался возглавить кабинет внутри осаждённого отеля: он опасался кровопролития. Офицеры пытались договориться о совместном выступлении с подпольной организацией «А-Бе-Се», получить винтовки и захватить президентский дворец. Союзники обещаний не выполнили. К началу октября в гостинице оставались около четырёхсот человек, располагавших всего несколькими десятками винтовок, несколькими пистолетами-пулемётами и личным оружием.

На рассвете второго октября вокруг отеля начали собираться солдаты Батисты. Кто открыл огонь первым, участники объясняли по-разному. Батиста утверждал, что офицеры провозили через оцепление оружие и готовили выступление. Осаждённые заявляли, что по ним ударили без предупреждения. Достоверно известно другое: стрелки Сангили заняли балконы и окна, а солдаты пошли на здание с плохо укрытыми пулемётами. Первая атака обошлась наступавшим в десятки жизней.

Тогда Батиста велел применить артиллерию. По фасадам били пушки с соседних улиц и со стороны университета, с моря стрелял кубинский корабль «Патрия». Снаряды срывали балконы, пробивали стены и перебили водопроводную трубу. Импровизированный госпиталь пришлось переносить с шестого этажа.

Во время дневного перемирия офицеры получили по радио окончательный ответ от «А-Бе-Се»: помощи не будет. Боеприпасов оставалось примерно на четверть часа боя. Батиста обещал сохранить жизнь тем, кто выйдет без оружия группами по пять человек. Сангили и Феррер попытались выторговать свободный выход с личными пистолетами. Ответ не успели передать. В три часа обстрел возобновился, а около четырёх с верхнего этажа свесили белую простыню.

Сангили сдался лейтенанту Белисарио Эрнандесу, прежде служившему под его началом. Эрнандес сумел вывести бывшего начальника и Феррера к машине и отправить их в крепость Ла-Кабанья. Остальных безоружных офицеров выстроили в саду. Там снова началась стрельба; некоторых убили у отеля, других — по дороге в тюрьму. Всего погибли четырнадцать офицеров, потери среди солдат и поддерживавших их гражданских были значительно выше. Уцелевших командиров заключили под стражу, прежний офицерский корпус больше не смог собраться как единая сила, а Батиста закрепил контроль над армией.

Орудия Круппа и Ордоньеса, сохранившиеся в саду, в том бою не участвовали: по гостинице стреляли другие пушки. Белой простыни, разбитых балконов и госпиталя на шестом этаже давно нет. От первой обороны холма остались стволы батареи Санта-Клара; от второй — само восстановленное здание, которое офицеры выбрали как последний доступный им редут.