Пласа-де-Армас

Сад в центре площади вырос на бывшем плацу, где гарнизон отрабатывал строй и обращение с оружием. У края зелени сохранились ров и угловые бастионы каменной крепости у защищённой бухты. Имя площади осталось от военных занятий, хотя рядом прежде стояли приходской храм и дом губернатора, где собирался городской совет. Гавань кормила небогатый город: перед переходом через Атлантику здесь собирались суда, которым требовались припасы.

Летом тысяча пятьсот пятьдесят пятого года Хуан де Лобера заперся в единственном форте Сан-Кристобаль-де-ла-Гаваны — нынешней Гаваны. Лобера был членом городского совета и начальником этого укрепления; ему предстояло удержать гавань и укрытых за стенами жителей.

Рядом находилась главная городская площадь. Её называли Пласа-де-ла-Иглесия, Церковной: здесь стояли приходской храм и дом губернатора, где заседал совет. Место выбрали возле защищённой бухты. В ней собирались суда перед переходом через Атлантику, а небогатая Гавана зарабатывала на их снабжении.

Французский корсар Жак де Сорес пришёл сюда за добычей и выкупом. У него было около двухсот бойцов; маленький форт Лоберы не выдержал. Корсары взяли начальника и горожан в плен, потребовали тридцать тысяч песо и большой запас кассавового хлеба — провианта из маниока для команды. Выкуп не заплатили. Де Сорес приказал повесить нескольких пленников, разграбил и сжёг город. Когда его корабли ушли, от Гаваны почти ничего не осталось. Лоберу корсар оставил в живых.

Освободившись, Лобера отправился в Испанию и передал королевскому двору прошения о новой обороне гавани. Король Филипп Второй хотел сохранить порт, где собирались суда с американскими грузами. Он распорядился выделить деньги, прислать каменщика и артиллериста, а из Веракруса перевести двадцать порабощённых африканцев для строительных работ. Следующий губернатор привлекал к ним также свободных чернокожих и мулатов и коренных жителей Гуанабакоа; за отказ грозили штрафы и сто ударов плетью.

Так у площади появился Кастильо-де-ла-Реаль-Фуэрса — каменная крепость с рвом и четырьмя угловыми бастионами. Затем чиновники освободили перед ней место для солдат. В тысяча пятьсот восемьдесят втором году они снесли целый квартал домов, включая прежний губернаторский дом, где собирался городской совет. На расчищенной площадке гарнизон учился строю и обращению с оружием. Церковную площадь стали называть Пласа-де-Армас — площадью оружия.

Теперь бывший плац занят садом. У его края по-прежнему стоят ров и бастионы Реаль-Фуэрсы, а сама площадь носит имя военных построений, начавшихся здесь после разгрома, который пережил Хуан де Лобера.