Морро и гаванский маяк

Каменная башня на скалистом выступе у стен крепости Морро служит гаванским маяком. До неё здесь стояла Моррильо, дозорная башня: вахта замечала суда, била в колокол и подавала сигналы. Нынешнюю башню построили после того, как временный фонарь с дровяным и свечным огнём оказался слаб для возросшего движения судов. Внутри поставили французские вращающиеся линзы: механизм с грузом поворачивал оптику, а она собирала свет в дальний морской луч.

Тридцатого июля тысяча семьсот шестьдесят второго года капитан испанского флота Луис Висенте де Веласко, командовавший крепостью Морро и пытавшийся удержать вход в гавань, отдал приказ втянуть или перерезать верёвочные лестницы у башни Моррильо. По ним защитники могли спуститься к лодкам. Веласко хотел лишить гарнизон пути к отступлению.

К этому времени британские сапёры уже подвели мину под приморский бастион. Взрыв обрушил два участка стены и открыл проход для штурма. Часть солдат и матросов не послушалась Веласко: они добрались до оставшихся лестниц, спустились к воде и переправились на противоположный берег. Остальные отступили внутрь крепости. Веласко остался у знамени и пытался собрать людей у земляных заграждений, пока пуля не пробила ему грудь.

Британские офицеры распорядились перенести раненого в Гавану и предоставить ему врачей. На следующий день Веласко умер. На время его похорон обе стороны прекратили огонь. Испанский король Карл Третий пожаловал брату погибшего титул маркиза Веласко-дель-Морро и велел впредь сохранять имя Веласко среди названий кораблей флота. В самой крепости место смертельного ранения отмечает мраморная плита.

Столь упорная оборона требовалась из-за формы гавани. Корабль может войти в неё только через узкий канал между Морро и крепостью Ла-Пунта на противоположном берегу. Пока пушки Морро простреливали этот проход, британский флот не мог безопасно провести суда внутрь. После гибели Веласко сопротивление гарнизона прекратилось, и нападавшие получили ключ к каналу.

Полное название Морро — крепость Трёх Царей. Испанский король Филипп Второй закрепил его ещё в королевском указе тысяча пятьсот восемьдесят восьмого года. Цари здесь — евангельские волхвы: в крепостной часовне находился алтарный образ их поклонения младенцу Христу. Словом «морро» испанцы называли высокий скалистый выступ у моря. Оно описывает именно тот мыс, на котором построены стены.

Приказ Веласко у Моррильо связывает осаду с маяком. Моррильо был старой дозорной и сигнальной башней: с неё следили за морем, звонили в колокол при появлении судов и подавали световые сигналы. Во время осады башню разрушили. Через два года на её месте поставили временный маяк, который жгли дровами и свечами. Его огонь был слишком слаб, чтобы вовремя направлять корабли к узкому входу.

К началу девятнадцатого века движение судов выросло, а старый фонарь износился. Капитаны военных и торговых кораблей жаловались на ненадёжный ориентир. В тысяча восемьсот тридцать девятом году главный морской командир Гаваны Хуан Баутиста Топете, отвечавший за безопасность подхода к порту, изложил проблему в официальном докладе. Комиссия подтвердила: старую башню нельзя без риска надстраивать и нагружать новым оптическим аппаратом.

Военные инженеры разобрали её и возвели нынешнюю каменную башню. Работами руководило колониальное управление при генерал-капитане Леопольдо О’Доннелле. В декабре тысяча восемьсот сорок четвёртого года в основание положили памятные документы и установили надпись с именем О’Доннелла и датой. Вскоре из Франции доставили фонарь с линзами системы Френеля и механизмом вращения. Представитель изготовителя, механик Антуан Фредерик Мену, сопровождал хрупкое оборудование через Атлантику и несколько недель собирал его внутри башни.

Двадцать четвёртого июля тысяча восемьсот сорок пятого года смотрители зажгли лампы на рапсовом масле. Линзы собирали их свет в дальний луч, а механизм с грузом равномерно поворачивал оптику. Суда различали его примерно за восемнадцать морских миль. Позднее смотрители перешли на ацетилен, а в тысяча девятьсот сорок пятом году моряки перевели фонарь на электричество — об этом сообщает плита над входом.

На каменной башне остался год начала строительства — тысяча восемьсот сорок четвёртый. Маяк действует до сих пор: над местом, где защитники Морро пытались уйти по верёвочным лестницам, он подаёт два белых проблеска каждые пятнадцать секунд.