Коррала-де-Сантьяго: дом вокруг неба

Название хранит старый уличный адрес, а не память о владельце. За входом коридор выводит во внутренний двор, вокруг которого в три уровня тянутся деревянные галереи с дверями отдельных комнат. Так в Испании называют доходные дома, собранные вокруг общего двора: жильё было раздельным, а вода, стирка и повседневные дела — общими. Три каменные ёмкости для белья и водяной кран во дворе до сих пор выдают этот прежний порядок жизни.

В тысяча девятьсот девяносто первом году отсюда переселили последних квартирантов. Среди них была Антония, женщина из Реалехо, которая начала работать в девять лет: служила в чужих домах, мыла полы, растила младших братьев и сестёр. Замуж она не вышла. В Коррале-де-Сантьяго Антония снимала жильё — именно для таких жильцов этот дом и существовал.

За скромной дверью тянется длинный проход, а за ним открывается прямоугольный двор. Вокруг него в три яруса идут галереи, с которых попадали в отдельные комнаты. Свет и воздух давал открытый двор; вода, стирка и значительная часть повседневной жизни оставались общими. Поэтому испанское слово «коррала» означает здесь доходный дом с жильём вокруг общего двора, а прямоугольник неба над головой — часть его устройства.

К концу восьмидесятых годов дом сильно обветшал. Галереи переделывали как придётся, некоторые проёмы жильцы заложили, но несколько семей всё ещё оставались здесь. Региональный руководитель общественных работ Хайме Монтанер хотел сохранить здание: он выкупил его у владельцев и задумал разместить внутри государственный институт архитектуры. Жильцов тем временем переселяли в новые кварталы.

Антонию поселили на третьем этаже дома без лифта. В тысяча девятьсот девяносто первом ей было около шестидесяти; в интервью, записанном почти через тридцать лет, она рассказала, что уже пять лет почти не выходила из квартиры — только к врачам. Братья и сёстры, о которых она заботилась, умерли. Еду ей ежедневно приносила женщина, которую Антония когда-то растила, работая прислугой в доме её семьи. Так закончилась история одной из последних здешних квартиранток.

Институт архитектуры здесь в итоге не появился. Архитектор Карлос Санчес восстановил двор и деревянные галереи, а сменивший Монтанера Хуан Лопес Мартос передал здание Гранадскому университету. Наверху устроили комнаты для приезжающих преподавателей и студентов, первый этаж и двор отвели под выставки, спектакли и концерты. Общее пространство сохранили, но теперь его делят временные университетские гости и посетители культурных событий.

Тогда же прежний «корраль», или «двор на улице Сантьяго», получил официальное имя Коррала-де-Сантьяго. Сантьяго здесь — адрес, а не имя владельца. Во время переделки во дворе оставили три каменные стиральные ёмкости и общий водяной кран. Антонию и остальных квартирантов отсюда переселили; принадлежавшее их общему быту осталось под тем же прямоугольником открытого неба.