Главная ратуша

На шпиле ратушной башни видна позолоченная фигура Сигизмунда Второго Августа. В залах этого здания городской совет устанавливал торговые правила, распоряжался портовыми сборами и казной. Через Гданьск проходили зерно и лес из внутренних земель Речи Посполитой, поэтому решения, принятые здесь, касались доходов всего города. Фигуру польского короля поставили на башню во время его правления, и она по-прежнему стоит над местом, откуда управляли портовой торговлей.

В тысяча пятьсот семьдесят шестом году советники, заседавшие в этой ратуше, отказались присягнуть Стефану Баторию — трансильванскому князю, которого большинство польской шляхты избрало королём. Баторий требовал признать его законным государем. Гданьские руководители сначала хотели видеть на троне другого кандидата.

Император Священной Римской империи Максимилиан Второй тоже претендовал на польскую корону. Он обещал защищать гданьских купцов, сохранить веротерпимость и отказаться от морской политики прежнего короля, который пытался ограничить самостоятельность городского порта. Для совета это касалось городского заработка: через Гданьск шли зерно, лес и другие товары из внутренних областей Речи Посполитой, а совет распоряжался портовыми сборами, городской казной и торговыми правилами.

Одним из людей, втянувших Гданьск в этот выбор, был бургомистр Константин Фербер — старший член совета и городской дипломат. На жизнь он получал доход от торговли лесом, земельных владений и крупных займов, которые выдавал монархам. Когда речь заходила о контроле над судоходством, Фербер защищал одновременно городской порядок и дело, на котором держалось его собственное состояние.

Фербер подписал акт избрания Максимилиана. Но вскоре император умер, а корону уже носил Баторий. Тогда бургомистр попытался остановить спор: поехал к королю договариваться о признании в обмен на отмену ограничений для Гданьска. Сторонники войны среди городских руководителей отвергли предложенный им компромисс. Девятого февраля тысяча пятьсот семьдесят седьмого года королевские люди арестовали Фербера вместе с другими послами и отправили его в тюрьму в Ленчице.

Совет продолжил сопротивление без него. Советники конфисковали серебро из городских и церковных хранилищ, обязали жителей сдавать драгоценный металл и чеканили из него монету для оплаты наёмников. Вооружённые горожане потерпели тяжёлое поражение под Любишевом: тысячи погибли или попали в плен. Однако Баторий не располагал силами и артиллерией, достаточными для захвата укреплённого Гданьска. Осада затянулась, торговая блокада несла убытки обеим сторонам.

Двадцать пятого сентября Фербера выпустили. На этот раз он возглавил новую городскую делегацию и довёл переговоры до соглашения. Двенадцатого декабря Гданьск принёс королю формальные извинения, признал его и обязался выплатить двести тысяч польских злотых за пять лет. Баторий снял торговые ограничения, подтвердил городские привилегии и разрешил гданьским лютеранам сохранять своё исповедание. Фербер остался бургомистром, а к тысяча пятьсот восемьдесят пятому году добился договора, вернувшего городскому совету полный контроль над судоходством и торговлей.

Позолоченная фигура на шпиле ратуши изображает Сигизмунда Второго Августа — прежнего польского короля, при котором её установили и против чьих ограничений выступал Фербер. Стефана Батория на башне нет: его признание осталось в соглашении, которое заключил вышедший из тюрьмы гданьский бургомистр.