Китобойный тоннель

Каменный свод уводит сквозь известняковый мыс от пляжа Бейзерс к началу Хай стрит. Над проходом стоит Круглая тюрьма, а в скальных стенах ещё читается работа кирок. Когда то это был служебный путь: по нему катили бочки с жиром, китовый ус и товары, выгруженные у берега; горожане тоже выбирали эту короткую дорогу. За провоз брали плату, а к закату ворота запирали. Причал, склад и котлы береговой станции исчезли, а коридор пережил всё, ради чего его рубили.

В июне тысяча восемьсот тридцать седьмого года владельцы Фримантлской китобойной компании предложили губернатору сделку. Они строят у Бейзерс-Бей причал и волнолом, где смогут разгружаться суда водоизмещением до ста пятидесяти тонн. Колониальная администрация разрешает прорубить сквозь Артур-Хед прямой ход к Хай-стрит и предоставляет рабочих — заключённых из Круглой тюрьмы.

Одним из основателей компании был Джон Бейтман, фримантлский торговец и почтмейстер. На жизнь он зарабатывал продажей самых разных товаров из собственного каменного дома-магазина. Китобойный промысел должен был дать местным купцам часть прибыли, которую у западного берега Австралии уже получали опытные американские и французские экипажи. Бейтман и его компаньоны вложились в лодки, снасти и береговую станцию. Но причал оказался с одной стороны скалистого мыса, а склады и покупатели — с другой. Бочки с вытопленным жиром, китовый ус и привезённые судами товары приходилось доставлять в город в обход. Тоннель обещал сократить время разгрузки по меньшей мере вдвое.

Колониальный инженер Генри Уилли Ривли проложил линию прохода почти точно по оси Хай-стрит. Он считал местный известняк достаточно мягким для кирок и достаточно прочным, чтобы выдержать тюрьму над выработкой. В августе заключённые начали рубить породу. Это были мужчины, осуждённые в самой колонии; британские каторжники, с которыми обычно связывают старый Фримантл, прибудут лишь через тринадцать лет. Пять месяцев спустя, в январе тысяча восемьсот тридцать восьмого года, ход был готов.

Компания получила право брать плату за провоз товаров. Проходом пользовались и горожане, хотя после споров о свободном доступе предпринимателей обязали установить ворота и запирать их на закате. Для заключённых прорубленная дорога выходом на свободу не стала: она соединила частный причал с торговой улицей, а их имён документы о строительстве не сохранили.

Расчёт купцов тоже не оправдался. Китобойные партии не вернули вложений, компания два сезона работала в убыток и из-за долгов передала имущество торговому дому Лайонела Сэмсона. Позднее причал, склад и котлы береговой станции исчезли. Остался её служебный коридор: от пляжа Бейзерс он по-прежнему выводит к началу Хай-стрит, а над ним стоит Круглая тюрьма, чьи заключённые прорубили эту дорогу для китобоев.