Меллах

Меллахом в Марокко называют обнесённый стеной еврейский квартал. Фесский Меллах был первым; позднее его название перешло к таким кварталам в других городах. Его возникновение относят к середине пятнадцатого века, чаще всего к тысяча четыреста тридцать восьмому году, хотя переселение могло занять не один год. Еврейским семьям пришлось оставить дома и лавки в старом Фесе и перебраться в Фес-эль-Дждид, к стене султанского дворца. Здесь правитель мог защищать общину и одновременно надзирать за торговцами, ювелирами и ремесленниками, от которых зависели налоги и придворные заказы. На ночь ворота квартала запирали.

Соседство с дворцом однажды определило, кто сумеет отсюда выбраться. Семнадцатого апреля тысяча девятьсот двенадцатого года, спустя две с половиной недели после подписания договора о французском протекторате, марокканские солдаты взбунтовались против французских командиров. Часть мятежников и присоединившихся к ним горожан направилась в Меллах. Его жителей считали сторонниками французов: годом раньше некоторые из них снабжали пришедшие в Фес войска продовольствием и товарами.

За двенадцать дней до мятежа солдаты уже обыскивали квартал, разыскивая оружие. Тогда они увидели запасы тканей, украшения, мебель и товары в лавках. Для местных семей это было всё сразу: заработок, сбережения и приданое. После обысков большую часть ружей у жителей отобрали. Когда нападавшие подожгли ворота, защитники башни над входом отвечали из нескольких старых винтовок, но удержать проход не смогли.

Амрам Эльмалех, директор еврейской школы, пытался вызвать помощь и вывести семьи из окружения. Он предлагал большие деньги тем, кто согласится доставить записку во французский лагерь всего в нескольких километрах отсюда. Ни одно послание не дошло. Ночь Эльмалех провёл с оружием рядом с людьми, укрывшимися в соседних домах. К утру он убедил их бросить имущество и уходить через прилегавший к дворцу сад.

Дворцовые ворота сначала оставались закрыты. Лишь к вечеру султан Абд аль-Хафид приказал впустить беглецов. В первый вечер во двор вошли около двух тысяч человек; затем на дворцовой территории собралась почти вся община Меллаха. Семьи размещались во дворах, конюшнях и открытых клетках султанского зверинца. Клетки не служили тюрьмой: люди сами занимали их как укрытие. Султан распорядился выдать беженцам хлеб и оливки.

Нападение продолжалось три дня. Погибли десятки жителей, дома и синагоги разграбили, часть квартала сгорела. В еврейской памяти эти дни получили название «тритл» — разграбление, при котором ищут даже спрятанные под землёй вещи.

Двадцать третьего апреля министр общественных работ Сиди Мухаммад Тази, которому поручили сделать квартал пригодным для возвращения, нанял сто еврейских мужчин. Их разделили на десятки и под охраной отправили разбирать завалы. Рабочие сносили стены, готовые обрушиться, и обследовали колодцы: жители прятали там имущество, и найденные вещи записывали, чтобы вернуть владельцам. Двадцать восьмого апреля семьи, чьи дома ещё можно было занять, покинули дворцовые дворы. Остальные поселились у родственников и знакомых.

На фотографиях после тритла центральная улица Меллаха завалена обгоревшими балками, а у домов вскрыты этажи. Нынешние фасады вдоль неё — результат ремонта и последующей перестройки. Прежней осталась короткая пространственная связь: сразу за северной стеной квартала находятся дворцовые земли, куда жители уходили через соседний сад. Самого зверинца с улицы уже не увидеть.