Рыбацкая гавань

Теснота гавани досталась рыбакам от эпохи парусных торговых судов. В двадцатом веке новым грузовым кораблям понадобились глубокие причалы, и судовладельцы стали выбирать Касабланку и Агадир. Защищённый, но мелкий бассейн продолжили использовать рыбаки. Северные пассаты поднимают у берега холодную воду с питательными веществами; вслед за планктоном к Эс-Сувейре подходят косяки сардин. Улов перегружают в ящики и несут на торги в рыбный зал, а деревянные корпуса строят и ремонтируют тут же, на портовой верфи.

В тысяча девятьсот сорок девятом году режиссёр и исполнитель главной роли Орсон Уэллс приехал в Могадор снимать «Отелло». Портовые укрепления должны были изображать Кипр, где разворачивается трагедия Шекспира. Уэллс добивался полной творческой самостоятельности и расплачивался за неё собственными заработками: деньги, полученные за роли в чужих фильмах, он вкладывал в съёмки своего.

Почти сразу итальянский продюсер, обязавшийся финансировать картину, обанкротился. Костюмы, за которые не успели заплатить, в Марокко не прислали. Актёры и большая съёмочная группа уже находились в городе; Уэллсу оставалось средств примерно на неделю или две. Он нанял местных еврейских портных и показал им репродукции картин Витторе Карпаччо, чтобы они сшили венецианскую одежду. Портным требовалось десять дней, а режиссёр не мог столько времени содержать бездействующую группу.

Тогда Уэллс изменил сцену убийства Родриго. По замыслу она происходила на улице, среди людей в исторических костюмах. Режиссёр перенёс действие в турецкую баню: там мужчины могли появиться с обнажённым торсом и полотенцами на голове. Баню снимали на рыбном рынке Могадора. Камера брала актёров по пояс, помещение заполнили дымом, и торговый зал превратился на экране в тесный лабиринт с погоней и убийством. Позднее Уэллс рассказывал, что доспехи для других сцен мастера выколотили из жестяных банок из-под сардин.

Портные всё-таки закончили костюмы, но деньги снова кончились. Уэллс распускал группу, уезжал сниматься как актёр, привозил очередной гонорар и возобновлял работу. «Отелло» складывали три года из эпизодов, снятых в Марокко и Италии, иногда за тысячи километров друг от друга. В тысяча девятьсот пятьдесят втором году картину представили в Каннах как фильм Марокко. Она получила главный приз фестиваля, разделив его с другой лентой.

Турецкой бани в гавани никогда не было, а точный павильон рыбного рынка Уэллс в своих воспоминаниях не назвал. Надёжный след остался в самом фильме: за дымом и полотенцами там скрывается место, где продавали улов, а под доспехами солдат — расплющенные банки из-под сардин.