Памятник Крубе Сривичаю

У подножия Дой Сутхепа бронзовый памятник стоит там, где от города отходит горная дорога к храму. Власти провинции установили его в тысяча девятьсот шестьдесят третьем году. Одиннадцать с половиной километров этой дороги сначала оставались грунтовыми, а потом их расширили, покрыли асфальтом и протянули сюда электричество. Цветы лежат у подножия фигуры, а рядом дорога уходит в гору и по-прежнему несёт к святилищу паломников и водителей.

Перед бронзовой фигурой Крубы Сривичая — почитаемого северного монаха, который добивался дороги к храму Дой Сутхеп, — люди оставляют цветы и подношения перед подъёмом на гору. «Круба» — принятое на севере Таиланда обращение к монаху-наставнику. Сривичая называли святым Ланны, исторической области вокруг Чиангмая. Здесь это имя связано с вполне вещественным поступком: дорога начинается там же, где он начал её строить.

В начале тридцатых годов двадцатого века к храму поднимались пешком по горным тропам. Состоятельные паломники могли ехать на слоне, лошади или нанять носильщиков. Луанг Си Пракат, первый депутат от Чиангмая, хотел провести к святилищу электричество и пришёл за помощью к Сривичаю. Монах предложил сначала проложить дорогу: тогда доставить столбы, провода и оборудование будет проще.

У Сривичая не было дорожного ведомства, машин и государственного бюджета. Он жил на монашеские подаяния, а храмы восстанавливал пожертвованиями и трудом последователей. На этот раз он рисковал тем единственным, что позволило начать огромную работу без денег, — доверием к своему имени.

Девятого ноября тысяча девятьсот тридцать четвёртого года люди начали копать здесь, у подножия горы. Новость разошлась по северным провинциям. Крестьяне и горцы приходили со своими мотыгами, лопатами и корзинами для земли. Добровольцев оказалось больше, чем требовалось. Сривичай сначала отводил каждому селению по десять ва — около двадцати метров дороги, — а затем сократил участки до двух-трёх ва, чтобы работу получили все прибывшие.

За пять месяцев и двадцать два дня они проложили одиннадцать с половиной километров грунтовой дороги. Тридцатого апреля тысяча девятьсот тридцать пятого года по ней впервые поднялся автомобиль. Позднее дорогу расширили, покрыли асфальтом и провели электричество — именно в той последовательности, которую предложил Сривичай.

Стройка обернулась для него тяжёлым последствием. Бангкокское руководство буддийской общины уже обвиняло монаха в том, что он совершал посвящения и руководил храмами по старым обычаям Ланны, не спрашивая разрешения у центра. Во время дорожных работ десятки северных монастырей решили перейти под его руководство; около девяноста храмов поддержали это движение. В конце тысяча девятьсот тридцать пятого года Сривичая увезли в Бангкок и больше шести месяцев держали при храме Бенчамабопхит. Его последователей заставили отказаться от выданных им монашеских документов, а самого Сривичая — подписать обязательство подчиняться общим правилам и получать разрешение на новые стройки. Самостоятельно собирать людей на такие работы он больше не мог.

В тысяча девятьсот шестьдесят третьем году власти провинции установили его бронзовую фигуру у места, откуда началась дорога. Сегодня паломники и водители по-прежнему останавливаются здесь перед подъёмом. У ног Сривичая лежат подношения, а рядом уходит вверх дорога его имени — продолжение тех коротких участков, которые пришлось делить между лишними добровольцами.