Часовая башня

Красный трёхэтажный корпус с циферблатами поставили у горловины бассейна Альфреда, чтобы капитан порта видел движение судов. С верхнего уровня система зеркал охватывала гавань, а шахта внизу соединяла приливомер с морем. По его показаниям решали, хватит ли судну глубины; флагами и телескопом передавали распоряжения экипажам. Позднее служащие перебрались в соседнее здание, а механизм часов из Эдинбурга остался здесь и продолжает идти.

В один из дней тысяча девятьсот первого года сигнальщик насчитал в гавани и бухте сто двадцать восемь судов. Их движение координировали из этой башни: маленького трёхэтажного здания, где на каждом этаже помещалась всего одна комната.

Башню поставили у входа в бассейн Альфреда в тысяча восемьсот восемьдесят втором году для капитана порта — чиновника, который решал, когда и куда могут пройти суда. Место выбрали ради узкого прохода между бассейнами: отсюда было видно каждое прибытие. На верхнем уровне зеркала давали круговой обзор гавани. Внизу работал приливомер: шахта соединяла прибор с морем, и капитан знал точную высоту воды. Осадка судна могла оказаться больше доступной глубины, поэтому от его решения зависело, войдёт корабль в док или сядет на дно. Часы, сигнальные флаги и телескоп позволяли передавать указания экипажам.

Самая тяжёлая проверка этой системы началась в тысяча восемьсот девяносто девятом году. Британская империя вела войну против двух бурских республик в Южной Африке и перебрасывала сюда из-за океана войска, лошадей, мулов, оружие и продовольствие. Начальником морских перевозок назначили кадрового офицера британского флота, капитана сэра Эдварда Чичестера. Он добивался, чтобы прибывающие транспорты не закупорили гавань и грузы без задержки уходили с причалов дальше по железной дороге.

Чичестер разместил штаб в Часовой башне. Его люди принимали суда, организовывали выгрузку солдат, припасов и животных, а на обратный путь сажали больных и уволенных со службы. Ошибка в очередности задерживала следующий транспорт вместе со всем, что он вёз. Именно тогда сигнальщик и увидел те сто двадцать восемь кораблей. В военных донесениях работу Чичестера признали успешной: через четыре южноафриканских порта его служба провела тысячи людей и огромный поток грузов.

После войны гавань продолжала расти. В тысяча девятьсот четвёртом году капитан порта со служащими переехал через узкий проход в просторное здание напротив. В красной башне сохранились зеркальная комната, приливомер и привезённый из Эдинбурга часовой механизм. Кораблями отсюда больше не распоряжаются, но оригинальные часы всё ещё идут над тем самым входом в бассейн Альфреда.