Фонд Проа: искусство напротив моста

Старый итальянский фасад остался в середине здания, а по обе его стороны поднялись стеклянные стены. Внутри работают четыре зала, аудитория и книжный магазин; кафе на террасе выходит к реке и неподвижной железной ферме старого моста. Постоянного собрания здесь нет: работы приезжают на несколько месяцев, потом помещения освобождают для другой выставки. «Проа» по-испански называют нос судна, которым оно входит в незнакомую воду.

В тысяча девятьсот девяносто шестом году галеристка и куратор Адриана Розенберг задумала открыть центр современного искусства международного уровня. Деньги давала частная промышленная группа «Течинт». Но Розенберг выбрала для него не север Буэнос-Айреса, где тогда находились привычные галереи, а Ла-Боку — район, куда выставочная публика ездила неохотно и где ещё случались наводнения.

На углу возле Каминито стоял итальянский дом тысяча восемьсот девяносто пятого года. Розенберг поручила миланскому бюро «Карузо — Торричелла» приспособить его для сменных выставок: требовались залы, способные принимать работы из крупных зарубежных собраний. Первой здесь показали ретроспективу мексиканского художника Руфино Тамайо. Затем Розенберг стала привозить в Ла-Боку выставки, которых прежде в Аргентине не видели, и сопровождать их лекциями, каталогами и занятиями для районных школ. Ей приходилось одновременно убеждать международные музеи доверить фонду произведения, а столичную публику — ехать за искусством на юг города.

Через десять лет за плечами у команды было уже больше пятидесяти выставок. Юбилей Розенберг решила отметить снаружи — на старом мосту-транспортёре Николаса Авельянеды напротив здания. Светохудожник Гонсало Кордова и сценограф Орасио Пигосси получили задачу вернуть заброшенную железную конструкцию в поле зрения горожан. Пятнадцатого и шестнадцатого декабря две тысячи шестого года они закрепили на мосту около шестисот люминесцентных и подвижных светильников. Цвета включались по очереди вдоль ферм; сама выставка на два вечера заняла сооружение через реку.

После первых проб жители Ла-Боки попросили оставить освещение постоянным и снова запустить мост. Художники этого обещать не могли. Светильники сняли, а мост продолжил стоять без движения; юбилейная работа не выдавала временную художественную акцию за ремонт. Зато она точно показала, чем занимается фонд: его сотрудники не собирают одну постоянную коллекцию, а привозят временные выставки и дают художникам менять конкретное пространство — зал, фасад или, как тогда, портовую конструкцию перед ним.

Успех первых лет позволил Розенберг закрыть тесную первоначальную площадку ради расширения. Те же миланские архитекторы присоединили соседние дома, сохранили посередине старый итальянский фасад и поставили по его сторонам стеклянные плоскости. В две тысячи восьмом году здесь открылись четыре выставочных зала, аудитория, книжный магазин и кафе с террасой, обращённой к реке и мосту.

Название «Проа» тоже выбрали для этого адреса. Так назывался один из ранних латиноамериканских литературных журналов модернизма; по-испански «проа» — нос судна, та его часть, которой входят в неизвестную воду. Цветных труб на мосту больше нет. От первого здания остался белый фасад между стеклянными крыльями, а за стеклом по-прежнему собирают выставки, рассчитанные на несколько месяцев, прежде чем залы снова опустеют и примут другие работы.