Октагон

Октагон появился раньше, чем вокруг него сложился привычный городской перекрёсток. В начале тысяча восемьсот семидесятых годов здесь оставалась незастроенная яма между редкими домами. Члены столичного Совета общественных работ — комиссии, прокладывавшей новые улицы, — задумали провести через это место проспект к Городскому парку и пересечь его будущим Большим бульваром. Место встречи двух дорог они сразу начертили восьмиугольным.

Одной разметки было мало: без домов площадь могла потерять форму при следующей продаже участков. Поэтому архитекторам Анталу Шкалницки и Хенрику Коху поручили четыре одинаково поставленных доходных дома со скошенными фасадами. Строительство отдали частной компании. Она рассчитывала вернуть вложения квартирной платой, доходами от магазинов и щедрой льготой: первые пятнадцать лет с владельцев не брали налог, следующие пятнадцать лет брали лишь часть.

Компания начала стройку в тысяча восемьсот семьдесят втором году. Через год финансовый кризис ударил по банкам и торговцам, которые вложились в новый проспект. Предприятие потеряло опору и вскоре вышло из договора, но четыре дома успели закончить. Их скошенные фасады закрепили восемь сторон площади прежде, чем Большой бульвар протянули через весь Пешт. Отсюда и имя: сначала венгры называли место Ньольцсёг, то есть Восьмиугольная площадь, а позднее прижилось латинское по происхождению слово «Октагон».

Доход с первых этажей приносили заведения, которым требовался постоянный поток людей. В тысяча восемьсот восемьдесят восьмом году на южном скошенном углу открылось кафе «Аббация». Здесь и началась история Вильмоша Важони — молодого еврейского адвоката, который зарабатывал судебной практикой и хотел дать политическое представительство мелким хозяевам, торговцам и ремесленникам Терезвароша. Одновременно он добивался, чтобы иудаизм получил в Венгрии тот же официальный правовой статус, что и признанные христианские конфессии.

В тысяча восемьсот девяносто четвёртом году Важони основал за столиками «Аббации» Демократический кружок. Кафе оказалось удобнее закрытого салона: сюда ежедневно приходили газеты, избиратели и городские депутаты. В том же году Важони избрали в городской совет. Через шесть лет кружок вырос в партию, а в тысяча девятьсот первом году жители этого района отправили адвоката в парламент. Кампания за признание иудаизма завершилась соответствующим законом ещё в тысяча восемьсот девяносто пятом году. Позднее Важони стал первым венгерским министром еврейского происхождения.

«Аббацию» окончательно закрыли в тысяча девятьсот девяносто втором году. Теперь её помещение занимает банк. Сохранился сам скошенный угол доходного дома — одна из четырёх граней, которыми частные инвесторы успели обвести Октагон до своего разорения.