Детский музей Бостона и бутылка молока

У канала Форт-Пойнт кирпичный склад шерсти давно стал Детским музеем Бостона, с просторными этажами для залов, где экспонаты разрешено брать в руки, испытывать и превращать в опыт. Музей перебрался сюда из маленького дома у Джамейка-Понд, когда для такого способа работы с коллекцией перестало хватать комнат. На пристани рядом с кирпичным корпусом стоит красно-белая бутылка, а в её широком основании сохранились окна бывшей торговой стойки. Её силуэт долго служил ориентиром для тех, кто искал музей.

Имя «Худ» появилось на красно-белой бутылке гораздо позже самой бутылки. В тысяча девятьсот тридцать третьем году её построил Артур Гагнер, торговец мороженым из города Тонтон. Его заработок зависел от автомобилистов, ехавших по шоссе сорок четыре. Чтобы водитель успел заметить лавку и свернуть с дороги, Гагнер превратил саму лавку в рекламу: собрал из сосновых досок двенадцатиметровую бутылку, а мороженое продавал через окна в её основании.

Через десять лет Гагнер продал своё заведение семье Сэнки. После войны новые трассы стали уводить машины в обход Тонтона, покупателей становилось меньше, и в тысяча девятьсот шестьдесят седьмом году Сэнки закрыли лавку. Почти десятилетие деревянная бутылка пустовала у дороги.

В январе тысяча девятьсот семьдесят шестого года мимо проезжала дизайнер одежды Кэрол Скофилд. Она собирала и изучала придорожную архитектуру — здания в форме товара, которыми владельцы заманивали автомобилистов. Скофилд купила бутылку за две с половиной тысячи долларов, хотя ещё не знала, куда её перевезти. Затем она позвонила Джону Слоуну, руководителю городского дизайна в Бостонском управлении реконструкции, и попросила найти ей новое применение.

Слоун предложил поставить бутылку на площади перед ратушей и продавать из неё летом мороженое, а зимой горячий шоколад. Молочная компания «Худ» согласилась оплатить восстановление в обмен на право открыть внутри стойку с замороженным йогуртом. Однако архитектор ратуши Герхард Каллман счёл гигантскую бутылку несовместимой с достоинством своего здания, и сотрудники мэрии отвергли проект.

Тогда Слоун обратился к совету Бостонского детского музея. Его сотрудники как раз готовили переезд из тесного особняка у Джамейка-Понд в бывший склад шерсти у канала Форт-Пойнт. Для пустынной тогда пристани требовался заметный ориентир, а для детского музея бутылка подходила без объяснений. Совет согласился. Рабочие отвезли её в Куинси, сняли четырнадцать слоёв старой краски и восстановили стойку за деньги компании «Худ».

Двадцатого апреля тысяча девятьсот семьдесят седьмого года бутылку поставили на баржу. Два пожарных катера сопровождали её через Бостонскую гавань, а на этой пристани кран снял пятнадцатитысячефунтовое строение с палубы. Бутылка прибыла за два года до открытия музея и стала его первым указателем: на городских знаках позднее хватало её силуэта и стрелки.

Сам переезд был нужен директору Майклу Споку, который добивался, чтобы дети в музее действовали сами. Когда Спок пришёл сюда в тысяча девятьсот шестьдесят втором году, посещаемость падала, а коллекции стояли за стеклом. Спок и его сотрудники убрали запреты на прикосновение: детям разрешили брать предметы, пробовать устройства и проводить опыты. Для таких экспозиций комнаты старого особняка оказались слишком малы. В складе у канала площадь музея выросла вдвое, а за первый год сюда пришло почти полмиллиона человек.

Сегодня внутри дети по-прежнему трогают экспонаты и проверяют их в действии. В основании бутылки сохранились окна стойки с мороженым. Над ними написано «Худ» — имя компании, оплатившей восстановление и доставку, а не фамилия человека, который построил эту лавку у дороги.