Молл Коммонвелс-авеню

Власти превратили отмели за Общественным садом в сушу для нового жилого района. Между двумя жилыми рядами проходит широкая зелёная полоса, а перед фасадами с обеих сторон остаётся ещё по двадцать футов земли. Участками на этой новой земле расплачивались даже с теми, кто привозил гравий для засыпки.

Зелёная полоса между двумя проезжими частями называется моллом Коммонуэлт-авеню. Слово «молл» здесь сохраняет старое значение — прогулочная аллея. По первоначальным правилам экипажи и лошади должны были оставаться на боковых дорогах, а середину отводили пешеходам, деревьям и газонам.

Эта ширина появилась из спора о деньгах. В середине девятнадцатого века власти Массачусетса засыпали отмели за Общественным садом и собирались продавать новую землю под дома. Участками расплачивались даже с подрядчиками, которые привозили гравий. Каждый фут, отданный улице или парку, нельзя было выставить на торги.

Пятого ноября тысяча восемьсот пятьдесят шестого года Артур Делаван Гилман, бостонский архитектор, добивавшийся цельного плана для нового района, представил свой проект парламентскому комитету. Гилман жил архитектурными заказами: держал собственную контору, проектировал церкви и частные дома. За три года до этого он побывал в Лондоне и Париже и теперь предложил провести от Общественного сада широкий прямой бульвар — по своему пространственному эффекту сравнимый с Елисейскими Полями и Унтер-ден-Линден.

В прежнем проекте центральной улице оставляли сто двадцать футов. Гилман потребовал двести, причём всю прибавку предлагал отдать прогулочной середине. Члены комитета согласились. Они также обязали владельцев отступить с фасадами ещё на двадцать футов с каждой стороны. Между будущими домами получилось двести сорок футов — около семидесяти трёх метров.

Через два года эта связь едва не оборвалась у самого начала. Члены городского совета задумали нарезать участки под дома на восточной стороне Арлингтон-стрит, вдоль Общественного сада. От сада остался бы только один проём напротив центральной аллеи, а остальную границу заняла бы кирпичная стена домов.

Гилман написал мэру протест. Он предупреждал: будущему городскому правительству придётся заплатить миллионы, чтобы убрать эту стену и вернуть утраченную связь. Советники отступили, но потребовали возместить доход от несостоявшейся продажи. Бостон получил взамен два других участка дальше к западу, а законодатели запретили возводить между Арлингтон-стрит и Чарльз-стрит здания, кроме необходимых для садоводства. Весной тысяча восемьсот пятьдесят девятого года это соглашение утвердили городские избиратели.

Проект принёс Гилману и заказы: вскоре он участвовал в строительстве Арлингтонской церкви и нескольких первых домов, обращённых к новой авеню. Перед её началом ряд домов так и не появился. Через Арлингтон-стрит остался открытый край Общественного сада, а к западу от него тянется стометровая в поперечнике прогулочная полоса — земля, которую решили не продавать.